10 фильмов и сериалов, похожих на Китай

Несколько месяцев Луи Маль путешествовал по Индии, и этот фильм представляет собой кинодневник режиссера, потрясающе интересно рассказывающий об этой удивительной и загадочной стране. Маль практически сразу оказался от встреч с жителями страны, говорящими по-английски, считая, что они могут только повторять избитые идеи и банальности. \n\nОн отправился в глубинку, в начале пути называя себя и съемочную группу марсианами, входящими в чужой, «средневековый», мир без разрешения, в мир, где не срабатывает логика западного человека, а в конце — признаваясь, что «заблудился в Индии сердцем и душой, стал частью этого транса, избавился от беспокойства и жил только настоящим».

Документальная лента погружает в жизнь иконы боевых искусств: от детства в Гонконге до первых шагов в кино. Вы увидите, как он основал школу в США, разработал новаторский стиль Джит Кун-До и бросил вызов Голливуду, отвергавшему его идеи. Через редкие архивы — тренировки, интервью, съёмки «Зелёного шершня» — раскрывается путь к мировому признанию после триумфа «Большого босса» и «Выхода дракона». Фильм исследует феноменальную скорость и силу мастера, его философские искания и трагическую внезапность ухода. Свидетельства учеников и коллег показывают, как наследие Ли пережило время, повлияв на спорт, кино и массовую культуру.

Во время длительного путешествия по Индии Луи Маль, снявший большой 7-серийный документальный фильм об этой стране «Индия-призрак», сделал и отдельную картину о Калькутте, «рассмотрев» огромный город, кажется, со всех возможных точек зрения и в присущей ему манере: ярко, выразительно, тщательно, с огромным количеством интересных деталей и фактов. Он рассказал о политической ситуации и религиозных праздниках, о промышленности и торговле, о вопиющих социальных проблемах и своеобразных национальных традициях, об особенностях быта и нравов. Снимая многомиллионный город, он, как всегда, пристально вглядывался в самых разных людей: богатых, нищих, рабочих, ученых, бездомных, отшельников.

Завораживающая и тревожная хроника 16-месячной операции в сердце Африки и Азии. Храбрецы — рейнджеры, журналисты и эксперты по охране природы — внедряются в преступные синдикаты, используя скрытые камеры. Их цель: остановить массовое убийство слонов ради бивней, которые контрабандно вывозят в Китай как символ роскоши. Режиссёры мастерски сочетают атмосферное напряжение ночных рейдов, пронзительные пейзажи саванны и шокирующие подлоги торговцев. Фильм номинирован на премию «Оскар» и изменил законы — после его выхода Китай запретил внутреннюю торговлю слоновой костью.

Этот провокационный документальный проект, снятый совместно кинематографистами Гонконга и ФРГ, вскрывает табуированные пласты азиатской культуры. Через призму беспристрастного объектива зритель столкнется с древними религиозными ритуалами, граничащими с экстремальным самоистязанием, проникнет в закрытые любовные храмы, где воплощаются немыслимые плотские фантазии. Фильм шокирует кадрами сюрреалистичных медицинских операций, включая трансгендерные преобразования и трансплантацию органов, демонстрирует темные стороны жизни мегаполисов. Режиссер Рольф Олсен создал пульсирующую мозаику из самых неприкрытых моментов восточной реальности, вызвавшую запреты в нескольких странах из-за откровенного визуала. Главные «актеры» здесь — шокирующая правда и грани человеческой природы .

В сердце токийского района Синдзюку раскрывается мир необычного ночного клуба, где харизматичные хозяева бросают вызов традициям. Камера наблюдает за их борьбой за место под солнцем, личными драмами и хрупкими мечтами в жёстких реалиях 1990-х. Режиссёры-документалисты фиксируют жизнь без прикрас, создавая портрет человеческого упорства .

Через глаза пятилетнего послушника Хопакули зритель погружается в суровый, но поэтичный мир тибетского монастыря в Непале. Маленький монах балансирует между детскими шалостями, тоской по семье и древними духовными практиками. Фильм-лауреат HotDocs снимался года — камера ловит неподдельные эмоции воспитанников .

Театральное «Евангелие», поставленное Дельбоно со своими постоянными артистами из труппы в Модене, – зрелище «для богатых» (в России его показали сразу два фестиваля – московский NET и петербургский «Балтийский дом»), одноименный фильм запечатлевает работу над другой вольной интерпретацией библейских сюжетов – в пьемонтской деревне, в лагере нелегальных эмигрантов, ожидающих судебного решения своей участи. Дельбоно приехал туда в тяжелейший момент жизни: утрата матери подкосила его здоровье, он едва не лишился зрения и впал в глубокую депрессию. Но общение с молодыми беженцами (один из них стал участником театрального «Евангелия» «для богатых»), носителями архаичной, природной силы и естества (всего того, что обожаемый Дельбоно Пьер Паоло Пазолини искал в своих африканских странствиях), оказалось целебным – как когда-то встреча с глухонемым ангелом Бобо.

В центре повествования картины – одиозная фигура Жана-Беде́ля Бокассы – президента Центральноафриканской Республики, который занимал свой пост с 1 января 1966 по 4 декабря 1976, а затем был провозглашен императором Бокассой I. Один из самых эксцентричных диктаторов XX века не брезговал человеческим мясом. По некоторым сведениям, Бокасса употреблял в пищу лидеров оппозиции, а однажды тайком накормил свой кабинет министров одним из его членов. Херцог дает образ Бокассы не прямо, а опосредованно, через персонажа своего фильма Майкла Голдсмита, который в свое время был заподозрен Бокассой в шпионаже и брошен им в тюрьму. Голдсмит словно путешествует по своему прошлому, встречаясь с людьми, причастными к режиму Бокассы и пытаясь с их помощью дополнить штрихи ужасного портрета человека, который так сильно повлиял на его судьбу.

Фильм представляет экранизацию мифа об идеальной жизни в Северной Корее, где все живут счастливо и никому не завидуют, согласно официальному лозунгу. Однако за пропагандистским занавесом тоталитарного режима скрывается противоречивая реальность. Главной героиней является восьмилетняя Джин Ми из Пхеньяна, столицы КНДР. Фильм показывает один год из ее повседневной жизни.

В фильме проводится анализ мер, которые помогли Японии разгромить американцев в Перл-Харборе. Для этого авторы возвращаются на 700 лет назад, к феодальной кастовой системе, когда было подавлено крестьянское восстание, и самураи убили более 40 тысяч человек; переносят зрителей во времена, когда адмирал Перри открыл Японию для внешней торговли. И показывают, как синтоизм из поклонения природе превратился в веру фанатиков, провозглашавшую японцев — расой господ, а Императора — богом солнца, которому нужно слепо повиноваться.

Следуя по маршруту Джозефа Конрада, кинокамера погружает в мистические джунгли Берау. Гипнотические образы и дневники писателя оживают в руках Мишеля Пикколи, раскрывая тайны колониального прошлого Индонезии. Путешествие сквозь время — где реальность сливается с легендой.

Рекордный экономический рост Китая в 21 веке сопровождает величайший строительный бум в мировой истории. Темпы перестройки Пекина можно сравнить разве что с грандиозной реорганизацией Парижа в 19 веке под руководством барона Османа. \n\nПостроенные по проектам выдающихся современных архитекторов новые символы Пекина: аквапарк «Водяной куб», стадион «Птичье гнездо», Национальный театр, новое здание Центрального телевидения Китая и столичный аэропорт поразили воображение олимпийских туристов. Тем временем, некоторые жители китайской столицы выражают обеспокоенность чрезмерным влиянием иностранных архитекторов на облик города. Они считают, что «чужеземные» конструкции не вписываются в китайский культурный ландшафт и сомневаются в том, что они представляют собой наилучшие образцы мировой архитектуры. Программа поднимает вопрос о будущем Китая и представляет портрет Пекина — города с уникальным культурным и интеллектуальным наследием, оказавшимся под угрозой исчезновения.

Кинолента повествует о жизни людей, проживающих в долине реки Салуин. Возле этой реки проходит великий шелковый или чайный путь из Тибета. Этот путь известен тем, что по нему постоянно ходят караваны мулов, груженных чаем, от производителей к фабрикам. На протяжении ленты Тянь путешествует вместе с караваном, он берет интервью у людей, которые жили вдоль дороги на протяжении десятилетий. Священник, который, как считалось, исчез во время Культурной революции, 104-летняя женщина, хозяин каравана, который владеет мулом Дэламу — все это главные герои фильма.

Советская реальность 1920-х взрывается калейдоскопом неожиданных сцен: дети-пионеры агитируют за кооперативы, врачи борются с туберкулезом, а скотобойня превращается в сюрреалистическое шоу благодаря обратной перемотке пленки. Фильм-конструктор из десятков фрагментов «жизни врасплох» — от сумасшедшего дома до уроков физики для рабочих — скреплен дерзкой операторской работой. Главные герои здесь не актеры, а сам киноглаз: он залезает под поезд, оживляет забитого быка и разбирает хлеб на ингредиенты. Визионер Дзига Вертов создает гипнотическую хронику эпохи, где документальность граничит с магией, а каждый кадр бросает вызов привычному восприятию .

В 1994 году семья миссионеров из Айдахо переезжает в сибирский посёлок. Через 6 лет 18-летний Джастас вопреки воле родителей остаётся в России, мечтая о фермерстве. Преодолевая языковой барьер, непонимание окружения и суровый климат, он с нуля создаёт молочное хозяйство в Красноярском крае. Его харизма и заразительный смех делают его героем мемов, а упорство привлекает учеников — городских беглецов, ищущих новую жизнь. Режиссёр Андрей Ананин 8 лет снимал эту подлинную историю адаптации, где личные драмы переплетаются с триумфами на фоне реальной Сибири без декораций. «Случайность — часть жизни, но вера двигает горы» — признаётся герой.

Гениальный бунтарь японского кино Нагиса Осима создаёт кинематографическую мозаику столетия. Через подвижный коллаж кадров великих лент — от театральных истоков с бэнси до революции 1960-х — он связывает эволюцию экрана с судьбой нации. Взрывные эксперименты новой волны, забытые шедевры и политический контекст раскрываются в его фирменном стиле: дерзко, субъективно, с акцентом на разрыве шаблонов. Саундтрек Тору Такемицу и закадровый голос мастера превращают летопись в гипнотическое путешествие. Спорный, но обязательный к просмотру документ эпохи .

Успешный нью-йоркский художник, работавший с The Rolling Stones и Jay-Z, решает перестроить свою личность. По совету психолога он погружается в месячные практики: медитацию в джунглях Бали, изнурительную когнитивную терапию и фармакологию. Каждый этап приносит неожиданные повороты — от экстатических прорывов до мучительных срывов, усугубленных романами и потерей близких. Фильм шокирует откровенностью: камеры фиксируют и влюблённость на антидепрессантах, и творческие прорывы сквозь боль. Визуальная поэзия — летающие шары, куклы бунраку, шокирующая типографика — контрастирует с сырой правдой о поисках ускользающей гармонии.

Рим, 1967 год. Рабочие типографии в отчаянии захватывают фабрику, узнав о планах владельца продать землю под застройку. Документальная камера фиксирует их борьбу: от баррикад у станков до эмоциональных собраний. Неожиданный поворот — сами рабочие становятся соавторами фильма, а легендарный Джан Мария Волонте ведет повествование, придавая хронике мощь античной трагедии.

В этой гробнице лежит человек, отличавшийся дальновидностью, неудержимой решимостью и отвагой. Военный лидер, не давший врагам пощады и осуществивший то, что казалось невозможным. Он объединил семь сражающихся царств и создал Китай. Верил в необходимость Великой стены и построил необыкновенный, крупнейший в мире погребальный комплекс. Он был модернизатором, вдохновляющим лидером, но также — жестоким убийцей и даже безумцем. Этот фильм — о секретах, которые хранятся в гробнице первого императора Китая, и о страшных находках, охраняемых Терракотовой армией.

Фильм рассказывает о повседневной жизни современной Монголии в период социальных и политических изменений. Через наблюдение за несколькими героями и обстоятельствами их жизни, фильм пытается проявить момент встречи старого и нового мира. Момент, в котором вековая традиция великой Монголии смещается зыбкой культурой сегодняшнего дня, с ее чуждыми для кочевой цивилизации мечтами, страхами и желаниями.

Уникальные съёмки в резиденции Далай-ламы XIV в Дхарамсале приоткрывают завесу над днём из жизни духовного лидера — с 3 часов ночи до заката. Камера фиксирует не только ритуалы и шестичасовые молитвы, но и неформальные беседы о судьбах человечества: перенаселении, социальном неравенстве и путях преодоления войн. Режиссёр Виталий Манский избегает пафоса, показывая героя в моментах простой человечности — за чисткой зубов или на беговой дорожке. Вторая часть картины превращает философские диалоги в визуальный манифест: путь съемочной группы из Индии через Китай в Россию становится мощным подтверждением слов о межнациональной гармонии. Фильм-размышление, где личные покои великого учителя становятся эпицентром диалога о будущем планеты.

Расположенный на окраине древнего Китая, Пекин казался скромным приграничным городом до тех пор, пока несколько выдающихся людей не разглядели его важнейшее стратегическое значение. Они то и основали на его равнинах город, которому суждено было стать одной из величайших столиц мира.\n\nАвторам этого трехсерийного фильма с помощью современных технологий удалось оживить на экране самые знаменательные страницы из древней истории Пекина. В каждой серии рассказывается о ключевых событиях и силах, которые повлияли на формирование этого уникального города – столицы Великой Китайской Империи.

Режиссёр Сон Сын-у ведёт камеру в сердце папуасских джунглей, где время застыло для племён, чьи традиции насчитывают тысячелетия. Зритель увидит гипнотические ритуалы инициации, охоты с пращами и создания ритуальных масок — кадры, которые невозможно повторить. Но за поэтичностью скрывается трагедия: мобильные телефоны и джинсы вытесняют сакральные знания, а молодежь бежит в города. Особый акцент — на старейшинах, чьи морщины хранят историю народа, а глаза полны тревоги за будущее. Фильм снят с беспрецедентным доступом к закрытым церемониям, превращаясь в визуальную песню уходящего мира .

Фильм посвящен жизни и революционной борьбе трудящихся Китая. События, вдохновившие автора фильма, связаны с происходившей в Китае в 1925-1927 гг. народной революцией, окончившейся разрывом между Компартией Китая и Гоминьданом во главе с Чан Кай-ши и началом длительной борьбы между ними.

Документальный фильм «Сикким» был снят по заказу Чогьяла (короля) Сиккима Палден Тондуп Намгьялом в 1971-м году, в момент, когда он почувствовал, что суверенитет Сиккима находится под угрозой со стороны и Китая, и Индии. Лента была запрещена государственной цензурой за прославление монархии в Гималайском королевстве, которое было присоединено к Индии.\n\nФильм содержит критику в адрес правительства, которое запугало коренное население и подавило ряд выступлений. До 2005 года Китай предъявлял свои требования на эту приграничную территорию.

Эта документальная лента возвращает нас к истории Второй мировой войны в Азии, к одному из самых мрачных эпизодов оккупации Китая армией Японии — резне в Нанкине. В фильме использованы свидетельства китайских крестьян, пострадавших от злодеяний в период японской оккупации. В хронологическом порядке исследуются трагические события 70-летней давности и основные причины случившегося.

Гигантская плотина на реке Янцзы «Три ущелья» (Сянься) станет самой большой ГЭС в истории Китая. К 2009 году здесь возникнет огромное озеро площадью в 1000 квадратных километров и глубиной в 175 метров. \n\nК этому времени миллионы местных жителей будут переселены, а их дома и множество исторических памятников окажутся под водой. В том числе и городок Фенцзе, где в 2002 году была произведена эвакуация всех жителей. \n\nФильм показывает, как эти события изменили жизнь многих людей, живших в Фенцзе и причинили им страдания.

Фильм демонстрирует уничтожение квартала Чунсин – последнего рабочего квартала в Китае, несущего историческую ценность. Ветер перемен вносит свои коррективы в жизнь героев: пожилой дамы, парикмахера и подростка.

В середине 1990-х швейцарский предприниматель и дипломат Ули Зигг начал собирать коллекцию современного китайского искусства, которое только начинало обретать известность. Поставив перед собой амбициозную задачу — охватить максимально широкий круг художников, за полтора десятилетия он приобрёл около 2200 произведений 350 авторов, что сделало его собрание крупнейшей частной коллекцией китайского искусства в мире. Фильм рассказывает о жизни коллекционера и его дружбе с такими художниками, как Ай Вэйвэй, Цзэн Фаньчжи и Фань Лицзюнь.

Легендарный режиссёр погружает зрителя в эпицентр грандиозного буддийского ритуала Калачакры, где полмиллиона верующих создают хрупкую вселенную из цветного песка. Камера фиксирует экстремальные проявления веры: монаха, три года ползущего на простираниях через Гималаи, паломников, рискующих жизнью у священной горы Кайлас. Неожиданный поворот — болезнь Далай-ламы — прерывает церемонию, перенося финал в австрийский Грац. Здесь история политического узника, 37 лет томившегося в тюрьме, переплетается с философией вечности. Фильм-откровение, где разрушение мандалы становится метафорой бренности бытия.

Камера крупным планом показывает борьбу ВИЧ-положительных людей в Китае — от малышей до седовласых. Документальная лента без прикрас демонстрирует стойкость перед стигмой и системой, завоевав признание критиков за честность и гуманизм. 1ч23м чистого эмоционального напряжения.

Этот фильм — один из десяти, из проекта «Почему демократия?» над которым работали десять режиссеров из разных стран. Для задуманного ими эксперимента, выявляющего суть демократии, режиссер Вейджун Чен выбрал один из крупных китайских городов, Ухань.\n\nУченикам третьего класса местной начальной школы вот-вот в первый раз в своей жизни предстоит столкнуться с понятием «демократия» — они должны выбрать старосту класса. Учитель выбирает трех кандидатов: у каждого из них всего несколько дней, чтобы спланировать и провести избирательную компанию и убедить одноклассников отдать свои голоса именно ему.\n\nТрое третьеклашек увлеченно соревнуются между собой, подзуживаемые учителями и родителями. Цель режиссера — показать общество, граждане которого привыкли делать выбор только в рамках коммунистической идеологии, да голосовать за участников местной версии «Фабрики звезд», и в то же время продемонстрировать на примере детей, что бы стало, если бы в Китае действительно существовала демократия.\n\nСоответствует ли суть демократического общества истинной природе человека? Всегда ли залог успеха выборов — в умелой манипуляции? Своим фильмом режиссер пытается ответить на эти вопросы.

Фильм-история о тибетском монахе, который своим альтруизмом и мужеством подобен Ганди, Нельсону Манделе, Матери Терезе, Далай-ламе. От урбанистических пейзажей Нью-Йорка до удалённого места отшельничества на горе Лапчи в Непале, где медитировал известный йог Миларепа. Несколько лет режиссёр фильма путешествовала с Ринпоче по всем странам и континентам, запечатлевая на плёнку его жизнь и учения. Фильм наполнен живыми историями, рассказанными самим Гарченом Ринпоче, многочисленными интервью с великими учителями, историческими материалами и завораживающими кадрами о людях и местах, благословлённых Ринпоче во всём мире.

Идея фильма проста: снять крупным планом, кадр за кадром, знаменитый 150-метровый японский свиток, повествующий историю о молодом генерале Минамото-но Йосицуни и его матери Токиве, которая была убита по дороге к храму Курама к северо-востоку от Киото. Но при помощи закадрового рассказа в исполнении Киоко Катаока древнее сказание о сыне, пытающемся отомстить за смерть своей матери, оживает как в современной манга или аниме.

До 1989 года Дафэнь вблизи города Шэньчжэнь был маленькой деревушкой. Сегодня здесь живет более 10 тысяч крестьян, сотни из которых переквалифицировались в художники. Режиссёры проследили судьбу одного из них, Чжао Сяоюна. Вместе с семьёй он скопировал более 100 тысяч полотен Ван Гога. Естественно, Чжао ощущает особую близость с Ван Гогом. И вот его давняя мечта – увидеть оригиналы картин в музее Ван Гога в Амстердаме – становится реальностью.

«Токио-Га» — это фильм о том, что изменилось, а что осталось от того Токио, в котором с 1903 по 1963 года жил и творил режиссер Ясудзиро Одзу. После отрывка из фильма Одзу, с которого начинается «Токио-Га», Вендерс открывает глаза.\n\nВ сомнамбулическом состоянии Вендерс бродит по Токио и снимает все, как во сне. Его занимают технические моменты, которые отличаются от Европы: телевизоры в такси, карты метро, где все линии мигают и переливаются разными цветами... И вдруг в метро его блуждающий взгляд останавливается на мальчике, который в сутолоке и толчее упирается изо всех сил и не хочет никуда идти. Он поджимает ножки и виснет на руке матери, которая тщетно пытается заставить его вести себя прилично. \n\nИменно этот мальчик неожиданно вернул Вендерсу ясность зрения – он напомнил ему, зачем он сюда приехал и о чем хотел снять свой фильм. В этом мальчике Вендерс увидел одного из тех бесчисленных непослушных мальчуганов, которые так часто появлялись в фильмах Одзу. С этого момента Вендерс, по его собственным словам, «доверился городу». И город ответил ему взаимностью и стал показывать свои картины, которые Вендерс благодарно, подробно и неторопливо снимает.

Трёхкратный оскароносный режиссёр отправляется на Остров Свободы, чтобы взять беспрецедентное интервью у харизматичного революционера. На протяжении 95 минут разворачивается напряжённый диалог, где личные воспоминания о Че Геваре и Карибском кризисе переплетаются с острыми вопросами о диктатуре и свободе. Кадры архивной хроники и приватная обстановка кабинета Кастро создают эффект погружения в историю. Скандал разразился, когда HBO отменила премьеру из-за казни кубинских диссидентов — фильм годами пробивался к зрителю через фестивали, сохраняя актуальность опасных тем.

В ночь на 4 июня 1989 года Китайская народно-освободительная армия открыла огонь по безоружным участникам демонстрации на площади Тяньаньмэнь в Пекине. Количество погибших до сих пор окончательно не установлено, однако известно, что большинство убитых участников протеста были студентами, выступавшими за демократизацию Китая. С тех пор прошло 20 лет, но несмотря на произошедшие в стране значительные перемены, многие проблемы тех лет до сих пор остаются актуальными. Участники демонстрации на площади Тяньаньмэнь по сей день подвергаются гонениям и считаются в Китае контрреволюционерами. Сквозь призму судеб пятерых участников протестов на площади Тяньаньмэнь программа прослеживает влияние тех трагических событий на жизнь современного Китая.