10 фильмов и сериалов, похожих на Неуходящие натуры

Три американских солдата дезертировали из армии после участия в иракской кампании, живут в изгнании в Торонто и как военные преступники не могут вернуться в США. Замкнувшись в воспоминаниях о пережитом во время службы, они живут в убогой квартире на окраине города, полностью выключенные из жизни, в свои 20 с небольшим распрощавшись со всеми иллюзиями и надеждами.

В Санкт-Петербурге, в России, до сих пор существуют коммунальные квартиры - пережитки советской системы. Люди из разных слоев и социальных классов. Коммуналка на улице Советская - натуралистический портрет коммунальной квартиры. В этой квартире живет 26-летняя Наташа, дитя перестройки, красивая и чувственная молодая женщина, выделяющейся эмансипацией и независимостью. Без особых надежд и иллюзий, она до сих пор держится на своих мечтах. По соседству с Наташей живут другие обитатели коммуналки: пенсионеры без копейки Светлана и Николай; Володя, друг Наташи; Ростилов, поэт и художник; Ирина, пожилая женщина, которая не может смирится со смертью ее сына в Афганистане; Татьяна, «хозяйка» квартиры, которая скупает одну за другой вакантные комнаты; Саша, неудавшийся актер; две маленькие девочки и танцор; студент Юрий. Судьбы этих людей соединились и переплелись в этом замкнутом пространстве, ставшим ареной человеческих страстей...

Двухэтажный дом на бывшей Свердловской окраине треснул пополам. Трещина шириной в два кулака прошла ровно посередине. Жители дома разными способами борются за положенное им счастье, некоторые умирают. Например, умер художник. Он успел фильм нарисовать, его сын, Илья, это кино спел...

В захолустном городе строится транспортная развязка. Она нависает над домами и над людьми. Две подруги-школьницы снимают об этом месте блог и надеются уехать отсюда навсегда. На фоне урбанистического пейзажа развиваются отношения двух девочек, настолько близких, что они сами начинают в них путаться.

Последние несколько лет Матвей и Катя живут в деревне. В их жизни происходит событие, которое приводит к радикальному пересмотру отношений. Прошлое и настоящее сплетаются в одно путаное повествование, в котором герои теряют сон, выгоняют друг друга из дома, бросаются в объятия, начиная новый круг. И именно в это время к ним в гости приезжают друзья из Берлина.

Мужчина чинит свою рыболовную сеть и идёт к мосту. Два трамвая въезжают друг в друга, но никто не пострадал, и кабели водворяют на место в тот же день. Для заводских рабочих даётся небольшой концерт, и искреннее выступление скрипача заставляет их плакать. Бомбы падают в море, но никто не их не замечает. Повседневная жизнь определяется такими вещами, как угрозы взрывов, в Мариуполе, городе в Украине, расположенном к востоку от Крыма и когда-то населённом греками. Это визуально мощный оммаж городу в условиях кризиса, посвящение его поэтам и сапожникам.

Вскоре после Бархатной революции в Чехословакии в 1989 году две десятилетние девочки из деревни на востоке Словакии пошли гулять в лес, на гору Звир, где им явилась Матерь Божья. Девочки не только видели ее, Дева Мария говорила с ними. Это встречи с Богоматерью будут продолжаться еще пять лет и превратят маленькую, всеми забытую родную деревню девочек в место постоянного паломничества.

Рассказ о горстке стариков, брошенных всеми в старом поселке. Раз в неделю в нескольких километрах от поселка, на станции, отцепляют вагон с хлебом, и старики толкают этот вагон до своего поселка по старым, проржавевшим рельсам, таким же забытым, как и люди…

Десятилетняя Маша одна училась в школе — больше в далекой северной деревне детей не было. Девочка любила свою не испорченную цивилизацией деревню и мечтала открыть больницу. Сейчас ей 17, она живет в интернате в соседнем селе и понимает, что нужно уезжать.

В сибирской деревушке живет необычная семья с десятью детьми. Всю работу и домашние дела они делают сообща. Дети растут, и у каждого впереди своя жизнь. А сейчас, несмотря на все трудности, они вместе... Глава семьи рассказывает о своих буднях и о том, тяжело ли иметь такую большую семью.

Витебск, 1970-е. Серия жестоких убийств женщин повергает область в ужас, но милиция годами игнорирует явные связи между преступлениями. Вместо поиска маньяка следователи фабрикуют дела против случайных людей, выбивая ложные признания. Режиссёр Виктор Дашук через откровенные интервью невинно осуждённых (14 человек получили сроки, один расстрелян!) и прокуроров вскрывает чудовищную систему: как давление «раскрыть преступление любой ценой» ломает судьбы. Уникальные кадры допросов и архивные материалы держат в напряжении, раскрывая не преступника, а механизм беззакония.

Когда 23 августа 1942 года фашистская авиация, по сути, приступила к уничтожению Сталинграда, то большинство гражданского населения оставалось в городе: дети, старики, женщины. Все они в одночасье оказались на линии фронта. Выживали, как могли: кто в погребе, кто в окопе, кто в подвале. Нечего было есть, нечего было пить. Героям фильма, детям Сталинграда, тогда было кому 12, а кому лишь годик. Теперь они последние свидетели Сталинградской трагедии.

В одном чеченском городе пропадает мужчина. По мере того, как продолжается повседневная жизнь, ищущие попадают в мир, где встречи с прорицателями и юристами, с мучителями и замученными, с секретными тюрьмами и мифическими озерами становятся обычным явлением. Утешение и помощь приходят только от соседей, родственников или случайно встреченных незнакомцев, людей, которые сами живут с утратой или которые вернулись, откуда никто не возвращается.

Сильно пьющая мать, собирая скудные подаяния в пригородных электропоездах, всюду водила за собой взрослого сына-придурка. А тот взял да и убил мать. Спрятал тело в пустом тамбуре вагона электропоезда, придурок ушел в Москву набираться ума-разума...

Пенсионерка из Майлуу-Суу, города на юге Кыргызстана, в 2005 году попала под сокращение на знаменитом электроламповом заводе и ныне вынуждена находить альтернативные способы выживания.

Лето 2021 года, в Якутии полыхают страшные лесные пожары, и жителям отдаленного села приходится объединиться в борьбе с катастрофой: пожарные не придут на помощь, потому что спасать эту малонаселенную территорию от огня признано нецелесообразным.

Четверо ветеранов Афганистана отправляются в 350-мильный переход по железным дорогам США, воссоздавая фронтовое братство. Их разговоры в пути раскрывают шокирующую правду: проблема не в тех, кто вернулся с войны, а в обществе, утратившем человеческую близость. Жесткий эксперимент с экстремальными лишениями .

Семь лет спустя после первого фильма герои, рождённые в СССР, встречаются с камерой в эпоху хаоса: 1995–1996 годы. Чеченская война, бандитские разборки и крушение старых идеалов становятся фоном для их взросления. Близнецы-евреи строят новую жизнь в Израиле у границы с бомбоубежищем под кроватью; ленинградские братья теряют отца из-за нищеты; одинокая девочка ищет спасения от одиночества. Режиссёр Сергей Мирошниченко показывает, как подростки сохраняют человечность, сталкиваясь с предательством, эмиграцией и смертью родителей. Визуальная хроника их лиц и разрушенных городов говорит громче слов.

На фоне прифронтовой зоны в Восточной Украине существует особое убежище. Сюда привозят детей, чьи жизни перевернул конфликт. Через игры, ссоры и редкие улыбки они пытаются обрести опору под ногами, пока терпеливые воспитатели — вроде Ольги Троновой, Анжелики Столяровой, Маргариты Бурлуцкой — создают островок заботы. Камера фиксирует моменты хрупкого счастья и глубокой тоски, не показывая будущего ребят, но заставляя сердце сжиматься от тревоги. Это история о том, как в разбитом мире сохраняют достоинство и надежду.

Четыре сестры родились и выросли на островке среди природного ландшафта. Когда-то их родители уехали туда из родной Германии с мечтой вырастить детей вдали от общества массового потребления и внешнего контроля. Девочки повзрослели и разъехались по разным городам мира. И вот однажды родители решают собрать всех дочерей и посмотреть, сумели ли они противостоять соблазнам цивилизации.

Среди тысяч и тысяч маленьких поселков, небольших городков, станиц и деревень тихо растворяются судьбы наших дедов и бабушек. Несмотря на возраст и бесконечные болезни, они имеют характер и волю к жизни. Их судьбы как реки протекли сквозь послереволюционные годы, сквозь войны и конфликты, сквозь голод и разруху. Они умеют выживать без электричества и сотовых телефонов.

Каждую среду доктор Лиза приезжает на Павелецкий вокзал, где ее ждут бездомные. Опустившиеся и спившиеся обитатели вокзала обращаются к доктору, как к последней надежде…

Тридцатилетний Игорь, получивший два высших образования, вот уже на протяжении семи лет нелегально живет в Чернобыльской зоне. Все, что он хочет - это найти мир и возможность отойти от цивилизации. Игоря мучает ряд психологических проблем как личного, так и глобального характера. В нем одновременно уживается гармонизирующий мир, извечная эмоциональность и экзистенциальная тайна человеческого бытия. Игоря окружают пожилые жители Чернобыльской зоны, жизнь которых проходит в селах, где уже десятки лет правит бал матушка природа. Они словно живут в нереальной Атлантиде, откуда даже война, идущая на Украине, кажется чем-то нереальным, происходящем на другой планете.

Милене, Коле и их соратникам по двадцать лет. Они выросли в период президентства Владимира Путина и не знают других правителей. В то время, когда их родители могут испугаться выйти на протестную акцию, эти молодые активисты готовы рисковать и бороться за свои идеалы. За год до президентских выборов 2018 года герои фильма вдохновились призывами Алексея Навального и взяли на себя задачу убедить москвичей не голосовать за Путина.

Фильм о детях-беспризорниках, постоянно живущих на московских вокзалах. Бомжиков, как называют их в милиции. Учиться не надо, убирать за собой не надо, отчитываться ни перед кем не надо. Они не желают идти ни в школу, ни в приют, ни к родителям. Они гуляют, попрошайничают, воруют, матерятся. На собранные деньги покупают тюбики с клеем, выдавливают из них клей в полиэтиленовые пакеты и целыми днями нюхают его содержимое. Они держат у рта такой «надувной шарик» дышат в него, и отравляя свои мозги, ловят «глюки».

Доброполье расположен на востоке Украины - в 70 км от линии разграничения с подконтрольной сепаратистам территории. На первый взгляд, для местных жителей конфликт существует только как фон. Они живут своей обычной жизнью - директор зоопарка и экскурсовод в музее, участники рок-группы и члены клуба одиноких сердец. И все-таки звук выстрелов с близкого фронта проникает в их жизни и нависает серой завесой над городом.

Русская деревня. Три времени года. Три застолья. Действующие лица – нелегалы из Таджикистана и их соседи. В перерывах рубят лес за деньги, спят, крутят хвост кошке, тушат пожар, целуют своих русских детей. И если не 100 долларов — сюда не приехали бы никогда.

В эпицентре ядерного апокалипсиса живет упрямое женское сообщество. Отчаянные бабушки, пережившие Голодомор и войну, нелегально вернулись в мертвую зону — сажать картошку, ловить рыбу и петь за столом. Пока сталкеры-экстремалы щекочут нервы, героини смеются над радиацией: «Голод страшнее!». Режиссеры три года снимали их будни сквозь треск счетчика Гейгера, открыв удивительную правду — как тепло человеческого духа побеждает холод забвения .

Летом 1999 года в Екатеринбурге началось народное восстание. Доведенные до отчаяния наглостью наркобаронов и бездействием официальной власти, жители взяли город в свои руки. Горели дома наркоторговцев, разъяренные горожане линчевали на улицах грабителей-наркоманов. На стенах домов в рабочих пригородах появились огромные надписи: «НАРКОТА — ГАВНО!» Вот тогда и появился знаменитый теперь Фонд «Город без наркотиков».\n\nС тех пор прошло несколько лет. Тысячи наркоторговцев Фонд отправил за решетку. Несколько тысяч мальчишек и девчонок фондовцы стащили с иглы. Но главными и самыми упорными противниками Фонда оказались не наркобароны, а продажные милицейские генералы и чиновники.

Татьяна приехала из Молдавии в Рязанскую область в поисках лучшей жизни. У неё четверо сыновей, которых она растит без мужа. Но где-то по свету живут ещё несколько десятков её детей. «Дай бог, чтобы у них всё было хорошо!» – размышляет героиня, которая снова в положении.

На фоне панорамы Вены и прекрасного Дуная предстает жизнь аутсайдеров приличного общества – молодых болгарских цыган. Эти парни переехали в столицу Австрии в поисках приключений, свободы и легких денег, но нищета толкнула их на торговлю телом. Застрявшие в этом темном мире, они проводят ночи, обслуживая клиентов — зачастую одиноких мужчин, живущих в социальном жилье. Однако несмотря ни на что парни чувствуют себя молодыми, азартными и свободными — может быть, первый раз в жизни.

Тысячи жителей мегаполисов покидают душные города и уезжают в провинцию — на природу, на землю, в тишину. Кажется, что начался настоящий Исход.\n\nДавид, Ольга и их маленький сын Янай — обычная еврейская семьи, москвичи. Городок Кологрив, затерянный в глухом углу Костромской области, для них как другая планета. С надеждой найти здесь решение своих проблем, ступают они на эту чужую территорию. Ищут дом, знакомятся с другими “эмигрантами”. Что это за люди, с чего они начинали и к чему пришли? Это сила, способная остановить вымирание российской провинции или бегущие беженцы? Бегущие от чего? От ужасов цивилизации? От самих себя?

Сибирь. Город Ачинск. 4000 км от Москвы. Лестничная площадка жилого дома, загруженные своими проблемами жители Ачинска не склонны рассуждать о предстоящих президентских выборах. Зимний город живет в ритме холода, и лишь голос радио напоминает о проходящих в столице антиправительственных митингах. Кадры дремлющего в снегах города перекликаются с кадрами работников партии Путина. За рюмкой водки, Юрий, наемный агитатор Единой России, хладнокровно объясняет свое видение системы. Мизансцена демократии превращается в театр...

В краю, где после закрытия совхозов уже заросли березняком пахотные земли, фермер Валерий Кравцов развивает свое небольшое хозяйство. Борется за урожай с непогодой, сорняками и выходящей из строя техникой. Встает в 4 утра, чтобы в 5 уже быть на своей “фазенде”. Воспитывает сына, надеясь, что оставит хозяйство ему. И дает жителям пустеющих деревень работу и надежду.

Несколько десятков солдат в военном эшелоне везут через всю Россию выставку с трофейным оружием из Сирии. Артисты военных ансамблей сопровождают этот праздник. В каждом городе их встречают тысячи зрителей, которые танцуют и фотографируются с ними, а их дети клянутся в верности Родине.

В начале августа 1942 года в черкесском ауле Бесленей остановился поезд, в котором находились дети-блокадники. В основном это были евреи. До оккупации села оставались считанные дни, и местные жители спрятали детей. Семь месяцев оккупационные власти искали «пропавший» обоз из Ленинграда. Детей никто не выдал, все они дожили до победы.

Монастырское подворье в 30 километрах от Свято-Елизаветинского женского монастыря, руководимого одним из самых ярких исповедников нашего времени о.Андреем Лемешонком. Под присмотром одной монашенки здесь обитают 70-80 отерявших себя людей. Это и бездомные бродяги, и наркоманы, и алкаголики, и интеллектуалы, ищущие спасения. Это место, где происходит чудо.