10 фильмов и сериалов, похожих на Великое прощание

Озвученная хроника Великой Отечественной войны. «В кадрах кинохроники мы услышали голоса живых и павших героев Великой Отечественной войны, нам раскрылись мысли и чувства отцов, матерей, братьев и сестер, 1417 дней и ночей, вершивших свое ратное дело, для нас зазвучал голос незабываемо трудной эпопеи, где победителями стали СОЛДАТЫ ОТЧИЗНЫ». В фильме использованы уникальные материалы кинолетописи госфильмоархива СССР и немецкая трофейная кинохроника Госфильмофонда СССР.

Фильм посвящён 125-летию классика Серебряного века, выдающегося мастера лирической прозы, второго по значимости (после Бунина) писателя русской эмиграции, председателя Союза русских писателей и журналистов за рубежом Бориса Константиновича Зайцева. В судьбе Бориса Зайцева отразилась судьба русской эмиграции. Зайцев и его окружение верили, что рано или поздно в России произойдут перемены и, создавая «русский архипелаг» в Париже, они видели свою миссию в том, чтобы сохранить живую традицию русской дореволюционной культуры. Борис Зайцев хотел жить долго и прожил почти век, но так и не дождался перемен в России. Итоги своей жизни он подвёл в своей последней книге «Река времён».

Русская история ставит множество «проклятых» вопросов о власти. Нужен ли русскому мужику парламент? Какая Дума лучше - теперешняя или царская? Для чего первый тиран России Иван Грозный утопил в крови Новгород Великий и для чего первый президент России Борис Ельцин стрелял по Белому дому? Кто-то говорит, что мы азиаты, не способные к демократии. Кто-то - что народовластие на Руси постарше царя на шесть веков. Сто лет назад под грохот первой революции появился на свет российский парламент. Фильм «Свобода по-русски» - это не празднование столетия демократии в России, потому что никто не знает, сколько лет российской демократии и есть ли она вообще. Это попытка воспоминания о минувшем веке в свете исторических параллелей. Это десять фильмов о трудных путях свободы, путешествие во времени, обзор европейских демократий. Интервью с политиками и мнения ученых и рядовых российских избирателей. Это голос Юрия Шевчука - большого музыканта, болеющего за Россию. Это рассказ о нашей общей судьбе.

С высоты птичьего полёта показана красота Минска: трудовой город движется, растёт, цветёт. Город — это живой организм, по улицам которого, как по кровеносным сосудам, бегут машины, стремится трудовой народ к созиданию и украшению родного города. Кипит повсюду жизнь: и стар и млад радуются миру после трудных и многострадальных лет прошедшей войны.

Россия, история XX века взгляд из деревни… Сто лет одиночества, сто лет разрушения деревни. Но это не реквием по ней. Пока история еще не закончена. И мы верим, что русская деревня может воскреснуть. Без этого невозможно представить будущее нашей страны. Это еще и личная история. История нескольких поколений предков режиссера фильма, кубанских казаков из станицы Васюринской. В центре фильма — судьба прадеда режиссера, Герасима Примы и его большого семейства. Они должны были погибнуть в гражданскую войну, но выжили. Только успели подняться из послевоенной разрухи, их раскулачили и выслали на Северный Урал, где должны были умереть от голода. Но и тогда они выжили и даже вернулись на Кубань к своей земле. И вот теперь мы будто бы слышим их голоса.

В безмолвных кавказских пейзажах, напоминающих вестерн, сталкиваются две реальности: азербайджанские рабочие прокладывают «Железный Шёлковый путь», а армянский смотритель 20 лет ждёт поездов у мёртвой границы. Завораживающий взгляд на надежду и тщетность сквозь закрытое окно истории. 267 символов

Автор погружается в пульс бунинских дневников, написанных в огне революции 1917 года. Почему писатель назвал ту эпоху «окаянной»? Какие пророчества о России сбылись сегодня? Михалков ведёт зрителя по лабиринтам исторических аналогий, расшифровывая «русский характер» через личные трагедии и неопубликованные записи. В кадре — редкие архивные кадры, места эмиграции Бунина и фрагменты будущего фильма «Солнечный удар». Главная интрига: как текст столетней давности объясняет наше настоящее и возможно ли избежать роковых ошибок? Документальный детектив с масштабной визуальной поэзией.

Третий фильм авторского цикла Андрея Осипова и Одельши Агишева «Легенды Серебряного века». Трагедия жизни Цветаевой, все ее личные страсти-ураганы и личные ее несчастья, истории местами просто чудовищные, кто им судия?Все это усилиями создателей картины так отражается в стихах, так преломляется в нездешнем, не от мира сего, то ли богоизбранном, то ли проклятом образе Поэта.

Осенью 1964-го года в результате правительственного переворота Никита Сергеевич Хрущёв из всемогущего хозяина самой большой страны в мире в одночасье превратился в забытого всеми пенсионера.\n\nХрущев мог оставить письменные воспоминания, но он понимал, что их достоверность всегда будет подвергаться сомнениям. И он выбрал другой вариант. Эти магнитофонные пленки с его голосом сохранились чудом. И настало время, когда они могут быть услышаны…

В ноябре 1962 года в журнале «Новый мир» была опубликована повесть, тогда еще никому не известного автора, работавшего учителем в рязанской школе, которая называлась «Один день Ивана Денисовича». В ней описывался один день заключенного ГУЛАГа, деревенского мужика Ивана Денисовича Шухова. Так в русской литературе впервые зазвучал голос Александра Исаевича Солженицына.

Камеры незримо скользят по Трептов-парку в Берлинский День Победы. Вы станете свидетелем, как тысячи людей — от ветеранов до молодёжи — несут цветы к монументу Воина-освободителя. Здесь нет интервью или закадрового текста: песни военных лет, стихийные беседы на русском и немецком, детские лица у вечного огня сами рассказывают о связи поколений. Режиссёр Сергей Лозница фиксирует парадоксы памяти: георгиевские ленточки рядом с клубникой для пикника, слезы скорби и радостные танцы. Этот документальный эксперимент заставляет задуматься: как одна история объединяет столь разных людей спустя 70 лет?

Своими воспоминаниями о встречах с Солженицыным делится актер Евгений Миронов, видевший писателя за несколько дней до его смерти. Друг Александра Исаевича, Никита Струве, зачитывает личные письма, направленные ему Солженицыным, а также рассказывает о том, как он издавал «Архипелаг ГУЛаг» за рубежом. О последних днях жизни, о мыслях, целях и планах Александра Исаевича рассказывает его вдова — Наталья Дмитриевна Солженицына. Редкие кадры иностранной хроники и неизданные до сих пор эксклюзивные интервью Александра Исаевича, в которых он говорит о современной литературе и о будущем России в XXI веке.

Брюсов переулок – одна из старейших улиц Москвы. Расположенный в самом ее сердце, он впитал в себя московский дух, ее историю и культуру. Он сам стал живой историей города, местом, где на каждом углу встречаются напоминания о великих событиях, очевидцем которого он стал, о великих людях, живших и посещавших его дома. Его без преувеличения можно назвать квинтесенцией русской культуры XIX-XX веков. \n\nЗдесь жил и знаменитый режиссер и реформатор театра Всеволод Мейерхольд, и великий тенор Иван Семенович Козловский, и прославленные артисты оперы и балета Большого театра Надежда Обухова, Антонина Нежданова, Ольга Лепешинская. Стены этих зданий были свидетелями дружеских встреч Кабалевского, Хачатуряна, Шостаковича, Рихтера, Растроповича, Эйзенштейна, Пастернака, Андрея Белого, Юрия Олеша, Прокофьева. Здесь бывали и Больмонт, и Дункан, и Петр Кончаловский…

Среди тысяч и тысяч маленьких поселков, небольших городков, станиц и деревень тихо растворяются судьбы наших дедов и бабушек. Несмотря на возраст и бесконечные болезни, они имеют характер и волю к жизни. Их судьбы как реки протекли сквозь послереволюционные годы, сквозь войны и конфликты, сквозь голод и разруху. Они умеют выживать без электричества и сотовых телефонов.

1885 год. В Санкт-Петербурге выставлена новая работа Ильи Репина «Иван Грозный и его сын Иван». Картина вызвала крайнее возмущение Петербургской интеллигенции. Обер-прокурор Святейшего Синода, русский мыслитель Константин Петрович Победоносцев отправил императору Александру III письмо: «Нельзя назвать картину исторической, так как этот момент... фантастический. Иван Грозный не убивал своего сына».\n\nЭтот фильм — историческое расследование, посвященное анализу деятельности русского царя.

Что мы знаем о Дне Победы? Знаем, какой ценой он нам достался, знаем, что это главный праздник нашей страны, объединяющий не только россиян, но и жителей многих стран мира. Однако знаем ли мы историю этого праздника? Почему в Европе этот День отмечается 8 мая, а в России 9-го?\n\nВ 1945 году существовало два дня Победы и оба были государственными праздниками. А через два года, в 1947-м, их отменили и 18 лет официального праздника в стране не было. Кто и когда вернул праздник? Почему Знамя Победы, привезенное в Москву из поверженного Берлина еще в 1945 году, впервые вынесли на Красную площадь на Парад Победы только в 1965-м?

Население Москвы с 1917 по 1930 год удвоилось и составляло уже почти 4 миллиона человек. Проблема общественного транспорта встала особенно остро. Постановление начале строительства метрополитена в Москве было принято в июне 1931 года на пленуме ЦК ВКП(б). Первая шахта была заложена на опытном участке на Русаковской улице уже в 1931.Сроки пуска первой очереди были фантастическими и нереальными. Единственным средством была пропаганда. Героизм рабочих романтизировался и восхвалялся во всех средствах массовой информации. На сооружение метро расходовался 21% годового городского бюджета. 15 мая 1935 года первый поезд с пассажирами отправился от станции «Сокольники». Московский метрополитен начал свою работу...

В день отречения от престола императора Николая II явила себя православному миру икона Божией Матери «Державная». Чудесное это событие невозможно истолковать иначе, как взятие Царицы Небесной на себя власти земной для спасения Русской земли, считают историки и богословы. Царица восседает с Богомладенцем на царском троне в порфире со знаками царской власти: в короне, со скипетром и державою в руках. Поклониться иконе можно в храме Вознесения Господня, что в Коломенском.

Евгений Данилович Сурков (1915–1988), несомненно, был одной из самых ярких фигур в мире театра, литературы и кинематографа. Долгие годы он возглавлял журнал «Искусство кино». Привлекательный и в то же время страшный, Сурков воплотил в себе все лучшие и худшие черты русской интеллигенции, раздавленной тоталитарной идеологией. Родившийся не в свое время, он все же постоянно пытался ему соответствовать. «Запомните, то, что есть сейчас, это навсегда. Ничего другого не будет», – так Евгений Данилович наставлял Майю Туровскую, которой он, как и многим другим, открыл дорогу в критику. Эта формула определяла его жизнь.

Две морозных месяца накануне президентских выборов. Десять камер фиксируют кипящую реальность: анархисты, нацболы, бабушки с белыми ленточками и яростные сторонники власти. Режиссёры ищет ответ, что сводит людей на площади, но вместо манифестов ловят абсурд — чаепития в палатках «Оккупая», перепалки в ТИКах, попытки снять путинских активистов, прячущихся от объективов. Главные герои здесь не политики, а «рассерженные горожане» с дрожащими голосами и глазами, полными надежды. Монтаж из 1000 часов материала взрывает контрастами: икона Путина в сельском храме vs слезы задержанных на Большой Якиманке. Фильм-лауреат Локарно, запрещённый к показу в Тюмени — слепок времени, где смешное граничит с трагичным .

Когда в октябре 1964 года к власти в стране пришел Леонид Ильич Брежнев, никто не предполагал, что он будет руководить Советским Союзом восемнадцать лет, до самой смерти... Чем дальше уходит брежневская эпоха, тем больше становится тех, кто воспринимает Леонида Ильича как символ утерянных спокойствия и надежности, стабильности и справедливости. Может быть, те далекие времена были не так уж и плохи? Правда, через месяц после смерти Брежнева секретарь пензенского обкома Георг Мясников подвел в своем дневнике итоги, написав о шести противоречиях социализма: 'Безработицы нет, а никто не работает. Никто не работает, а планы выполняются. План выполняется, а в магазинах ничего нет. В магазинах ничего нет, а холодильники полны. Холодильники полны, а все недовольны. Все недовольны, а голосуют «за»...

Великого русского писателя и мыслителя Ивана Сергеевича Шмелёва в России узнали лишь после падения железного занавеса. Его возвращение из эмиграции на Родину было долгим и трудным. Сначала начали издаваться книги, и лишь потом, благодаря усилиям российских и французских общественных деятелей, удалось исполнить последнюю волю писателя, указанную им в завещании: перенести прах его и супруги из Парижа в Москву, на кладбище Донского монастыря. В 2000 году его желание было исполнено.

Старая, как мир, история противостояния художника и власти. В кадрах кинохроники проходит жизнь замечательного поэта, барда Александра Галича. Звучат его стихи и песни. Своего друга вспоминают А.Мень, А. Сахаров, Е.Боннер, Ю. Ким, А. Синявский, В. Некрасов, Е. Эткинд.

Июль 1955-го. Москва прощается с известным композитором Исааком Дунаевским. Ходят слухи, что это самоубийство. У гроба — его друзья и враги. Всех примирила его смерть, и, казалось, здесь больше нет недоброжелателей. Плодовитому композитору больше не завидуют. Его песни намного переживут создателя. После смерти отца Максим с матерью чуть было не оказались на улице. По советским законам внебрачный сын не имел права не только на отчество и фамилию, но и на жилье. Пришлось прибегнуть к помощи всемогущего Тихона Хренникова и Совета Министров СССР. Специальным постановлением Максиму было разрешено носить фамилию Дунаевский. Он становится официальным наследником великого отца. Насколько беспокойное это наследство, он теперь будет чувствовать всю жизнь.\n\nСегодня он мэтр. Выходит уже двадцатый его мюзикл. Уже не надо никому доказывать, что он – состоявшийся композитор, а не тень великого отца. Хотя творческая плодовитость явно досталась ему в дар от Дунаевского-старшего. Тот тоже считал свои оперетты десятками. Он, собственно, и создал наш мюзикл – советскую оперетту.\n\nСейчас песни отца и сына соседствуют в нашей памяти, не мешая друг другу.

Фильм погружает в повседневную жизнь и неспешные свидетельства 90-летнего Михаила Горбачева, живущего в служебном доме под Москвой. Фильм-портрет первого и последнего президента СССР, человека который практически в одиночку начал демонтаж советской системы и предложил нежданную свободу миллионам людей в мире. Именно за это его одни превозносят, а другие проклинают. Так он и живет, между раем и адом.

Звание «советский писатель» возносило литератора на небывалую высоту. И дело не только в материальных благах. Советский писатель не просто описывал «великие свершения», а своим творчеством создавал государство «нового типа». При жизни Сталин не замечал Маяковского, не хвалил его стихов и не звонил ему, как Пастернаку или Булгакову. Но имя этого «анархиста» воскресло в новом качестве уже после его смерти. После сигнала сверху имя Маяковского, до этого момента пребывавшего в забвении, начало внедряться в газеты и радио, журналы и школьные программы, его растаскивали на цитаты и лозунги, отвечавшие духу времени. И это не смотря на ту трагическую роль, которую в его судьбе сыграли тесные связи с Лубянкой и прижизненное пренебрежение вождей мирового пролетариата. Ленина и Сталина...

Октябрь 2013 года. Село Пышак в Кировской области. Пожилая женщина (Зинаида Петровна) словно «ёжик в тумане» ходит по улицам в поисках дома, в котором в декабре 1919 года, почти 94 года назад, в семье крестьянина Максима Николаевича Васенина родился сын Николай.Здесь в русской глубинке недалеко от речки Великой прошло детство ветерана советско-финской и Великой Отечественной войн, бойца внутренних сил французского Движения Сопротивления Николая Максимовича Васенина. Здесь он с малых лет работал на земле, окончил школу-семилетку, отсюда уехал в далёкий Мурманск, чтобы стать механиком океанических судов. Но череда войн спутала его планы. Сначала Зимняя. В боях на Карельском перешейке зимой 1940 года пулемётчик Васенин получил тяжёлое ранение. После лечения в госпитале он окончил курсы среднего комсостава, стал командиром взвода связи. С первых дней Великой Отечественной войны оказался в самом её пекле…

В студии собрались десятки людей — от легенд театра (Олег Басилашвили, Иван Краско) до курсантов, школьников и выживших блокадников. Каждый вслух произносит фрагмент подлинной хроники осажденного города, основанной на письмах и дневниках жертв. Эмоции прорываются сквозь сдержанность: у кого-то дрожит голос, другие читают будто собственные воспоминания. Без музыки и архивных кадров, лишь лица и текст создают нарастающее напряжение. Финал — световая инсталляция на Дворцовой площади: лучи прожекторов, как символы ПВО 1941-го, пронзают небо, напоминая: «История никуда не уходит, она рядом» .

У скал плещется море. Вид на крепость, расположенную на острове. Это — Шлиссельбург /Орешек/. С высоты птичьего полета видна церковь, расположенная в центре острова. Весь остров окружен крепостной стеной. В башнях есть бойницы. На старинном рисунке она практически такая же как и сегодня, только в те времена она была действующей. Теперь это- музей. Портрет Петра I. Когда-то под его командованием здесь шли бои во славу Отечества. Полки русских солдат стояли насмерть, защищая Россию. \n\nПо морю спешили корабли. О былых подвигах рассказывают памятные медали. У старых стен висят, качаясь, гроздья рябины. Рядом — памятная доска с надписью — “Александр Ульянов”. Взрывы и свист бомб — это воспоминания о Великой Отечественной войне. Фотографии защитников крепости; на стенах списки погибших. Есть памятник, поставленный в их честь, братская могила и крест. Они отстояли не только крепость, но и всю русскую землю.

В 1987 году, на закате советской эры, самый большой и самый амбициозный музей Ленина был открыт в деревне Горки, где прошли последние дни вождя революции. Вскоре после того, как музей заработал в полную силу, Советский Союз прекратил свое существование. Музей прошел период забвения, и сегодня он открыт, как и раньше. Преданные делу Ленина работники ждут возвращения старых добрых дней.

Как празднуется в столице 200-летний юбилей А.С. Пушкина, чей день рождения почти каждый москвич считает и своим тоже? С любовью и размахом: на площадях и улицах, в парках и скверах молодежь танцует вальсы и мазурки, актёры и музыканты дают концерты, в музеях проходят выставки и литературные чтения. Но особая атмосфера – на Бауманской, в том уголке Москвы, где поэт родился, крестился и жил «не зная горести и бед». Конечно, Москва – еще не вся Россия. Но именно здесь и в этот день понимаешь, как прав был Иван Шмелёв, сказав, что «Пушкин – это сама Россия».

Герой фильма родился 11 апреля 1961 года, накануне одного из самых оптимистических дней в советской истории — полета в космос Юрия Гагарина. Год за годом вместе с героем фильма мы проживаем не только жизнь одного человека, но и жизнь всего государства до 1986 года — года, когда начался процесс распада империи и когда вновь появился оптимизм: оптимизм построения нового общества, о котором советские люди в начале 60-х годов не имели представления.

Дорога, связывающая два прибалтийских города Слока и Толсы, петляет по лесу. 15 августа 1990 года около 12 часов по местному времени из-за одного из поворотов с визгом вылетел темно-синий «Москвич»…Через 10 минут легковушка на полной скорости — далеко за 100 км/час — врежется в «Икарус». Водителя при ударе выбросит из салона на дорогу. Когда приедет бригада ГАИ, черноволосого парня увидят лежащим рядом с машиной. Врачи скорой помощи засвидетельствуют: смерть наступила мгновенно. В документах, которые найдут в салоне, будет значиться: Цой Виктор Робертович, 28 лет.О его гибели сообщит радио «Маяк». Услышав эту страшную новость, тысячи его поклонников потеряют смысл жизни. По всей стране прокатится волна самоубийств, 45 подростков решат уйти вслед за своим кумиром. На его могиле в течение месяца будет разбит палаточный городок. Там будут плакать, там будут петь его песни… Они потеряют своего кумира, легенду. Человека, который определил ритм их жизни. В памяти тысяч людей он навсегда останется кумиром, памятником. В памяти десятков — обычным человеком, хорошим и плохим, слабым и сильным. Разным. Живым.С момента гибели Виктора Цоя прошло 16 лет. Фанаты все так же дежурят на его могиле, поют его песни, тоскуют. Он по-прежнему нужен этим людям, потому что он их герой. Своих героев никогда не забывают.

В сорок пятом победном году белорусские женщины села Виолетово посадили березы в память о тех, кто не вернулся с войны. Память о погибших и не вернувшихся дорогих и милых сердцу мужей, ушедших на войну, ещё совсем молодыми, сохранили эти женщины.

Город металлургов и горнодобытчиков Норильск располагается на самом севере Сибири, в Сибирской Арктике. Он сжат между вечными стылыми северными ветрами и дымом собственных заводов. Чем живут его люди? Молодое поколение норильчан мечтает об отъезде, рабочие заводов горюют об утраченном чувстве «трудового братства», которое было-таки в советские времена. Местная творческая интеллигенция и потомки жертв ГУЛАГа стремятся пролить свет на темное прошлое Норильска, погребенное подо льдами и засекреченными цензурой документами... А за всеми ними - находящимися практически на краю Земли - с любовью наблюдает Луна, особенная, норильская Луна, сотворенная из никеля и льда.

Этот фильм — объяснение в любви режиссера В. Виноградова своему поколению – шестидесятникам, своему времени – 60-м годам. Это время было разным – радостным и грустным, ликующим и печальным, но главным в нем были молодость и чистота. И чувство свободы – непривычное, но такое желанное и необходимое. То было время взлета поэзии и Политехнического, время «Заставы Ильича» и театра «Современник», спора между физиками и лириками, полета Ю. Гагарина. Но оно было и временем «бульдозерной выставки», уложенных на полку фильмов и закрытых спектаклей. И как символ задушенной свободы – развалины старого «Современника». Надежды, мечты о счастье — все, казалось, закончилось тогда. Но осталось братство шестидесятников, которое продолжает жить в тех, кто приходит им на смену.

Сквозь московский шум мегаполиса пробивается тихий, уникальный по своей музыкальности и поэтичности голос. Он воскрешает забытую нами Россию. Русская певица и поэтесса Елена Фролова вкладывает в свои песни то, что есть в России настоящего, исконного и неподкупно сопротивляющегося всем веяньям времени. И одновременно с этим она разрушает традиционный образ женщины. \n\nЕлена Фролова, подобно Орфею, отправляется в путешествие по глубинам прошлого России, чтобы воскресить свою Эвридику – Марину Цветаеву. На стихи Цветаевой слагает она песни, которые заставляют нас невольно подсматривать за жизнью поэта: революция, эмиграция, гибель. Однако, cамым жестким критиком их связи, становится мать Елены, которая, будучи чадом социализма, трезво смотрит на возрождение мистических идей России прошлого века.\n\nТри века России: серебряный, «стальной», «нефтяной». Три влюбленные в родину женщины: Елена Фролова, мать Елены Мая Степановна и Марина Цветаева в поисках родины, не только географической, но и духовной.

Часовые памяти. Белокаменные стражи. Так называют памятники-часовни, которые вот уже третий год ставят на местах самых ожесточенных сражений Великой отечественной войны ветераны военной контрразведки. В 2009-м году часовня появилась под Псковом — в Жидиловом бору. В 2010-м — в одном из городов воинской славы Смоленской области. В Ельне. В этом — на Невском пятачке.\n\nЭто имя получил крохотный плацдарм на левом берегу Невы, который наши войска удерживали в течение полутора лет. На двух квадратных километрах погибли сотни тысяч воинов. В память о них и открыта часовня. Как воинский мемориал. Как символ скорби. Как место поминовения павших.

Сибирь. Город Ачинск. 4000 км от Москвы. Лестничная площадка жилого дома, загруженные своими проблемами жители Ачинска не склонны рассуждать о предстоящих президентских выборах. Зимний город живет в ритме холода, и лишь голос радио напоминает о проходящих в столице антиправительственных митингах. Кадры дремлющего в снегах города перекликаются с кадрами работников партии Путина. За рюмкой водки, Юрий, наемный агитатор Единой России, хладнокровно объясняет свое видение системы. Мизансцена демократии превращается в театр...

Легендарный культуролог, автор книг о М. Бабановой, Б. Брехте, А. Тарковском, Майя Туровская рассказывает нам роман. Детство, в людях, мои университеты… Она и рассказывает как писатель. Только ее роман не написан, а снят на камеру и дополнен фотографиями и кадрами кинохроники. Другими словами, это киномонолог о времени. О коммунальной квартире в Малом Козихинском переулке в Москве. О родителях и об аресте отца. О детском саде и школе. О друзьях и подругах. Об учителях. О начале войны и эвакуации в Свердловск. О муже, критике Борисе Медведеве, который встретил войну на границе, а закончил ее в Сталинграде. О параллельной учебе в МГУ и в ГИТИСе. О борьбе с безродными космополитами. И о том, как ее 20 лет не брали на работу. Об оттепели. Об Ольге Леонардовне Книппер-Чеховой. О критике Евгении Даниловиче Суркове, который поставил свой талант на службу официальной идеологии. О рождении театра «Современник» и об Олеге Ефремове. О застольях у Леонида Зорина. Об Анатолии Эфросе. О Юрии Любимове и рождении Театра на Таганке. О том, как Булата Окуджаву освистали на первом публичном выступлении в Доме кино. О Владимире Высоцком. О метаморфозах Александра Галича. О Владимире Саппаке, «первом профессоре телевидения». О поездках в Госфильмофонд, где театроведы, собственно говоря, и получали кинообразование. О кинорежиссере Михаиле Ромме и о работе над фильмом «Обыкновенный фашизм»… Осколки памяти. Роман долгой жизни. 27 октября 2014 года ей исполнилось 90 лет.