10 фильмов и сериалов, похожих на За шоколадной оберткой

История глубокого безразличия к правам человека в современной Камбодже, где простые рабочие становятся заложниками мировой индустрии моды, где молодежь бежит из сельской местности, чтобы пополнить ряды дешевой рабочей силы на швейных фабриках. Сюжет развивается в семье одного такого парня, которому прострелили ногу во время демонстрации трудящихся, и сейчас ему грозит ампутация. Мы видим, как семья все больше погружается во мрак безысходности, в то время как голодающие рабочие строчат на машинках, чтобы выдать на-гора сверхмодную одежду для отправки на Запад.

Крупнейшие табачные компании (Philip Morris, Reynolds American, Lorillard, British American Tobacco), известные как Big Tobacco, стараются вовлечь в курение как можно больше молодых людей во всех странах мира...

Общественный огород, раскинувшийся на 14 акрах земли в районе Лос-Анджелеса, известном как Южный Централ, был некогда крупнейшим в США. Созданный в 1992 году жителями одного из самых бедных районов города, огород был местом, которое объединило фермеров-горожан. Теперь им пришлось встать на защиту своего огорода, чтобы помешать городским властям и местным воротилам построить на месте их грядок складские помещения. Фильм Скотта Хэмилтона Кеннеди посвящен тому, как одни из самых бесправных и запуганных жителей США учатся договариваться друг с другом, защищать свои права, задавать неудобные вопросы властям города, добиваться перемен.

Что связывает производителей одежды «Патагония», уличные протесты на Балканах и гидроэлектростанции? Все они есть в фильме, который рассказывает о сохранении рек в Восточной Европе. До сих пор строительство ГЭС разрушает русла рек, вредит водным экосистемам и лишает работы тысячи людей. \n\nЭто не только история о нанесенных природе человеком ранах, но и об активизме, который позволяет спасти целые реки. Однако безответственное строительство водных электростанций – проблема не только на Балканах. То, что зритель увидит на экране, прямо сейчас происходит с реками в любом городе, поселке или регионе, утверждают создатели фильма. «Все в ваших руках – выскажитесь против ГЭС и сохраните голубые реки», — говорят они.

Голландский художник помогает рабочим плантаций Конго создать арт-коллектив. Их шоколадные скульптуры, выставленные в Нью-Йорке, становятся оружием против корпорации Unilever, вынуждая её вернуть земли. Документальный взрыв неоколониализма. (193 символа)

Молодая девушка-африканка Бетти приезжает в Европу и сталкивается с непониманием и враждебностью полицейских и бюрократов. Она бежит из Франции в Грецию, из Греции в Испанию...\n\nФильм погружает нас в богатую событиями и очевидную реальность протестующей Европы. На лоне движений возмущённых, мы обнаруживаем глазами Бетти, мужчин и женщин, которые поднимаются против системы для того, чтобы люди могли жить в справедливых условиях. В центре событий мы видим массовые митинги протестов в Париже, Афинах и Мадриде с лозунгами против капиталистической системы.

На маленьком острове на западе Финляндии строится новый блок атомной электростанции — первый в Европе с момента Чернобыльской аварии. Инвесторы гордо называют проект “возвращением атома”, жители соседнего городка довольны, что получат новые рабочие места. Новый, безопасный и эффективный реактор планировалось построить за несколько лет, однако работы сразу начали буксовать, проект раз за разом менялся. Антиядерные активисты митингуют с пугающими графиками, но местных жителей больше волнуют деньги, чем радиация.

В 1961 году, несмотря на официальное решение Верховного суда США о десегрегации общественного транспорта по всей стране, чернокожее население по-прежнему сталкивалось с проявлениями расизма в южных штатах. \n\nФильм «Борцы за свободу» рассказывает о шести месяцах, которые изменили положение в стране. В мае 1961 года более 400 белых и черных студентов, рискуя своей жизнью, отправились на Юг Соединенных Штатов. За попытки совместно, без разделения на расы, путешествовать на автобусах и поездах они подвергались жестоким побоям и арестам. Администрация Кеннеди оставалась безразличной к проблеме сегрегации. И только эти молодые люди сумели поставить президента и американскую общественность лицом к лицу с необходимостью победить неравенство, позорящее нацию.\n\nВдохновленная революционным настроем новая работа ветерана-документалиста Стэнли Нельсона – первый полнометражный фильм, посвященный этим отважным борцам за гражданские права. Найдя доступ к влиятельным фигурам, представлявшим обе стороны конфликта, режиссер реконструирует главу американской истории, ставшую свидетельством невероятных достижений молодежи.

«Ножки Буша» превратились в «ножки Обамы» — Америка по-прежнему хочет сбывать нам свою курятину. Мы даем ей решительный отпор — называем «хлорной» и «опасной». А что представляет из себя сегодня продукция наших производителей? Действительно ли она лучше «ножек Буша»? Куры, гуси, утки и даже страусы — мы выращиваем «бройлеров» всех пород. Что за мясо у этих «скороспелых» птиц? Съёмочная группа программы объехала передовые и отсталые «птичьи» производства России. А также побывала в Израиле, чтобы узнать, как туда попадают контрабандные яйца из Палестины, и в чём секрет потрясающего вкуса кур, выращенных посреди пустыни.

В постиндустриальном Огайо китайский миллиардер открывает новую фабрику Fuyao на базе закрытого несколько лет назад завода компании General Motors и нанимает на работу две тысячи американских рабочих. Первые дни надежд и оптимизма сменяются неудачами, когда дисциплинированные и трудолюбивые китайцы сталкиваются с низкопроизводительным и требовательным рабочим классом США.

Режиссёр-документалист ставит опасный эксперимент: заменяет привычный рацион на продукты с маркировкой «здоровое питание», потребляя 40 ложек сахара в день. Под наблюдением учёных его тело стремительно меняется — от резких перепадов настроения до тревожных медицинских диагнозов. С помощью анимации, оживающих этикеток и звёздных гостей (Хью Джекман, Стивен Фрай) фильм раскрывает, как индустрия маскирует сахар в соках, йогуртах и мюсли. Путешествие в общины аборигенов и шокирующие примеры «газировочной эпидемии» доказывают: проблема — глобальна.

На фоне панорамы Вены и прекрасного Дуная предстает жизнь аутсайдеров приличного общества – молодых болгарских цыган. Эти парни переехали в столицу Австрии в поисках приключений, свободы и легких денег, но нищета толкнула их на торговлю телом. Застрявшие в этом темном мире, они проводят ночи, обслуживая клиентов — зачастую одиноких мужчин, живущих в социальном жилье. Однако несмотря ни на что парни чувствуют себя молодыми, азартными и свободными — может быть, первый раз в жизни.

Две школьницы решаются с пользой провести дни летних каникул и устраиваются волонтерами на козью ферму. Приехав на 2 недели, остаются на месяц и полностью меняют свое представление об этой сфере деятельности и о своем будущем выборе пути. Дух предпринимательства, создание вкусных, полезных продуктов, искренние и вдохновляющие истории фермеров России действительно впечатляют. Они сумели круто изменить свою жизнь. Кто-то был юристом, кто-то инженером, кто-то топ-менеджером крупной компании или журналистом. А теперь их «рабочие места» — не офисы и переговорки, а просторные поля, камерная сыроварня или семейный ресторанчик в лесу. Каждый их день наполнен общением с природой и бесконечным вдохновением от того, что дело их жизни находится на расстоянии протянутой руки.

Документальный фильм рассказывает историю взлетов и падений Норберта Витте — честолюбивого западногерманского предпринимателя, некоронованного короля немецких луна-парков. Он родился и вырос среди качелей и каруселей, основал свою империю аттракционов и сам жил как на американских горках, то взмывая в запредельные высоты, то падая в бездну. \n\nИстория последнего падения — на заре 21 века Норберт Витте влез в долги, бежал в Перу, прихватив с собой несколько аттракционов, потерпел там фиаско и попытался добыть деньги контрабандой наркотиков. 167 килограммов были спрятаны в металлической платформе карусели. В результате Витте попал за решетку, его сын за то же дело отбывает 20-летний срок в перуанской тюрьме. Но удивительное дело: овеянный скандальной славой Норберт Витте совсем не похож на коварного негодяя. Скорее на ребенка, разбившего ненароком драгоценную игрушку, но слишком гордого, чтобы плакать.

Фильм рассказывает об истории стартапа Kozmo.com, который предлагал не более чем за час доставлять мелкие товары и посылки на велосипеде, автомобиле или общественном транспорте. Поначалу всем казалось, что идея работает. Всего за год число сотрудников компании выросло с 11 до 3000 человек, а ее стоимость достигла нескольких сотен миллионов долларов. С Kozmo.com сотрудничали Amazon.com и Starbucks — вроде бы классическая история успеха. Но не тут-то было! Когда пузырь доткомов лопнул и рынок был переоценен, компания начала нести убытки и в апреле 2001 года прекратила свое существование.

Поле Сохта – это район в Кабуле, где собираются наркоманы. Здесь свободно можно купить гашиш, опий и героин. Ни во время советского присутствия в Афганистане, ни при талибах такого нельзя было и представить! В разорённой войнами стране продажа опийного мака и продуктов его переработки стала едва ли не единственным источником существования для афганских крестьян – и очередным источником обогащения для международной наркомафии. Местные власти и представители военного контингента под командованием НАТО до сих пор спорят, кто и как должен бороться с наркотрафиком. Авторы фильма провели собственное журналистское расследование. В процессе съёмок группа попала под обстрел, но ей удалось сохранить уникальные кадры уничтожения полей опийного мака.

Пять выдающийся предпринимателей из «старого света» Леви Страусс, Генри Стейнвей, Уильям Эдуард Боинг, Джон Джейкоб Астор и Генри Джон Хайнц изменили экономику «нового света» и оставили свой след в американской культуре. С продукцией этих предпринимателей сегодня знаком каждый. Инновация, мужество, упорство и тяжелый труд – вот, что позволило этим эмигрантам добиться успеха в чужой стране. Реконструкция событий и исчерпывающие архивные материалы позволяют нам рассказать о выдающемся периоде в Американской экономической истории. Как удалось этим эмигрантам заработать многомиллионное состояние и стать эталонами «американской мечты»?

Сквозь призму поп-культуры — от героев Джейн Остин до «Симпсонов» — этот фильм разбирает 300 лет экономической истории, вскрывая тревожные параллели между прошлым и настоящим. Вы увидите, как войны и кризисы неожиданно сокращали разрыв между богатыми и бедными, а мирные десятилетия его усугубляли. Через интервью с Нобелевским лауреатом Джозефом Стиглицем и автором бестселлера Томасом Пикетти раскрывается главный закон: капитал растёт быстрее экономики (R>G), создая новую аристократию. Режиссёр Джастин Пембертон оживляет графики и данные кадрами Уолл-стрит, экспериментами с игрой «Монополия» и саундтреком AIR. Фильм предупреждает: без налоговой реформы и прозрачности капитала нас ждёт мир, где статус определяется наследством, а не талантом.

Люк Мулле показывает потогонные тунцовые фабрики Сенегала, банановые плантации Эквадора и птицефермы Франции – и подробно рассказывает о манипуляции ценообразованием, наценках, которые берутся из воздуха, ужасающих условиях работы. Люк Мулле предельно честен и к себе, так как в конце фильма говорит, что тоже является частью этой эксплуатационной системы.

Канада, 1920-е. Пламенные речи в заводских цехах и кровавые столкновения на улицах — начало классовой битвы. Документальное расследование показывает, как международные идеи революции пересекли океан и взорвали шахтёрские посёлки. Архивные хроники забастовок и редкие интервью с ветеранами движения раскрывают рождение канадского рабочего сопротивления из огня глобальных потрясений .

В центре внимания окажутся 32 мультимиллионера – и 32 истории о том, как заработать миллион, как потратить его или как превратить миллион в миллиард. Среди них оказались наши соотечественники российский политик Александр Лебедев и украинский бизнесмен Эдуард Шифрин.\n\nDiscovery Channel проведет подробные экскурсии в жизнь гениальных бизнесменов. Некоторые из них начинали карьеру с самых странных занятий: продавали календарики, ботинки, рубашки.\n\nТеперь же они строят элитные отели, яхт-клубы, владеют контрольными пакетами акций компаний-гигантов, продают частные острова или создают мыльные оперы, за просмотром которых рыдает полмира. В свободное от работы время – коллекционируют кабриолеты или шедевры мастеров искусства, путешествуют вокруг света и просто ведут образ жизни а-ля Playboy.\n\nОднако героев сериала объединяет не многомиллионное состояние, а экстраординарность. Владея $40 млн., можно быть индуистским монахом и ограничивать свои расходы $200 в месяц. А можно тратить львиную долю своего миллионного месячного дохода на фитнес и инъекции гормона роста, чтобы прожить 140 лет, оставаясь вечно молодым. Многие герои сериала Discovery Channel не забывают и о том, что деньги позволяют оказывать помощь людям: миллионы из своего состояния они отдают на финансирование благотворительных фондов.

В тропическом раю Доминиканской Республики туристы наслаждаются отдыхом на залитых солнцем пляжах, даже не подозревая о том, что в нескольких километрах от них тысячи гаитян вынуждены работать на плантациях, собирая сахарный тростник, большая часть которого окажется на кухнях американцев. Без документов, в чужой стране, они работают по 14 часов в день, 7 дней в неделю, под вооружённой охраной, не имея ни достойной крыши над головой, ни чистой воды, ни достаточного питания, не говоря уже о здравоохранении или образовании. \n\nВ фильме мы встречаем испанского священника, отца Кристофера Хартли, который пытается помочь этим людям изменить свою жизнь, несмотря на давление со стороны влиятельных группировок, наживающихся на сложившейся ситуации и фактически управляющих страной. «Цена Сахара» поднимает важные вопросы о происхождении потребляемых нами продуктов, человеческих жизнях, стоящих за ними и, наконец, нашей ответственности.

Производство вина сегодня превращается в механистичный регламентированный бизнес, из которого, по мнению виноделов старой школы, уходит душа. Но не перевелись ещё бунтари, не желающие мириться с гримасами глобализации. Весёлые «повстанцы» из региона Окситания используют все особенности своего терруара, то есть среды, в которой растёт виноград, чтобы делать уникальное – по-настоящему живое! – вино. Среди персонажей фильма – виноградарей Лангедок-Руссильона – и потомственные виноделы, и блистательные неофиты, оставившие в прошлом свои профессии ради создания новой – вполне реальной – утопии.

Команда датских исследователей вместе с кинематографистами отправляются в путешествие по миру в поисках съедобных насекомых. Они изучают, как сегодня употребляют в пищу насекомых в Африке, Китае, Японии – и доезжают до Австралии, разыскивая самых вкусных жучков. Цель этого путешествия – найти более этичный и приемлемый способ получения белка, помимо выращивания огромных стад млекопитающих, существование которых ставит под вопрос запасы пищи и воды на Земле.

Шведская экоактивистка Грета Тунберг, прогуливающая школу и бросающая свое «я обвиняю» мировым элитам, — вовсе не одиночка: за ней сотни тысяч ровесников. 9-летний немецкий школьник Феликс Финкбайнер придумал проект по улучшению окружающей среды: надо посадить в каждой стране миллион деревьев. Через год он выступал в Европейском парламенте, через четыре года — на Генеральной ассамблее ООН. Фильм рассказывает о борьбе подростков и заявляет: нынешние юнцы — продолжатели дела бунтарей 1960-х.

История одной из самых запутанных и печально известных тяжб — дела о так называемом Амазонском Чернобыле, когда 30000 коренных жителей эквадорской сельвы подали коллективный иск против американского нефтяного гиганта Chevron. В иске говорится, что заводы Chevron на протяжении последних тридцати лет систематически загрязняют воду, воздух и почву в Эквадоре. \n\nВ результате экологически чистые прежде леса превратились в огромную мертвую зону. Режиссер и его команда прослеживают, как разворачивалась эта юридическая битва и из небольшого местного дела превратилась в знаменитый международный процесс. Экологические последствия потребления ископаемых видов топлива в последнее время широко освещаются, «Нефть» же уделяет основное внимание тому, что зависимость человечества от нефти зачастую стоит жизней, и тому, как трудно привлечь корпорации к ответственности за это.

По статистике, сорок процентов еды, произведенной и выращенной во всем мире, так никогда и не съедается, а отправляется в мусорную корзину.Режиссеры фильма и по совместительству активисты, Джен и Грант, решили в течение года питаться продуктами, от которых отказались по глупым причинам — и выяснили, что люди хотят видеть на полках супермаркетов исключительно прямые огурцы, бананы идеальной формы и персики без точек.Увлекательнейшее расследование, которое обернулось настоящим приключением. Поиски еды, выброшенной без каких-либо рациональных причин на задворках частных домов и крупнейших фабриках и фермах и, как результат, — остроумный и точный взгляд на прошлое, настоящее и будущее еды.

С 1960-х годов в Сачине в Западной Индии происходит беспрецедентная, нерегулируемая индустриализация, примером которой являются многочисленные текстильные фабрики. Фильм показывает ритм жизни и работу одной из них — огромной фабрики в индийском штате Гуджарат. Под шум машин разворачивается история трудовых будней тысяч рабочих, которым за 12-часовой рабочий день полагается 3 доллара. Перемешивая чаны с опасными химикатами, перенося груды свежевыкрашенной ткани, засыпая от переутомления у станка, индийские подростки и мужчины обеспечивают текстилем западную фэшн-индустрию.

Общество потребления уничтожило окружающую среду. Погубило миллионы видов растений и животных. Отравило наши моря, реки и озера. Загрязнило воздух. Необходимо что-то делать, чтобы спасти человечество. Мир может быть лучше! Мы лишь хотим, чтобы люди задумались над тем, почему протестующие выходят на улицы и пытаются что-то сделать. Это ведь не бессмысленное насилие. Бессмысленность — это когда человек колется наркотиками или смотрит MTV, а потом находит работу и влачит жалкое существование. Это и есть насилие. Повсюду мы видим все больше и больше доказательств того, что жизнь потребителя совершенно безрадостна. Нас терроризируют с целью сделать нас потребителями. Нам оставляют свободу выбора между брендами А, Б и В… Вот и вся наша свобода.

Камера колесит по виноградникам Бургундии, Тосканы и Калифорнии, вскрывая жесткие конфликты в мире элитного вина. В центре сюжета — «летающий энолог», чья наука превращает уникальные терруары в стандартизированный продукт. Против него — потомственные виноделы, верящие, что вино должно хранить историю земли. Дрожащий объектив выхватывает подковерные игры миллионеров, бунт мелких хозяйств и философские споры о будущем отрасли. 4 года съемок, 7 стран и 500 часов интервью на пяти языках — это беспощадный портрет капитализма, где на кону стоит сам смысл понятия «напиток богов». Фильм удостоен чести конкурировать в Каннах, вопреки правилам фестиваля .

Документальное исследование глобальной мировой кофейной промышленности. Политически прямой и жизненный фильм от режиссеров Марка и Ника Фрэнсиса, который, конечно, заставит по-новому взглянуть на привычную чашку латте. Поскольку прибыль для многонациональных компаний кофе продолжает увеличиваться, цены, заплаченные за урожай, упали до такой степени, что фермеры в некоторых из бедных стран вынуждены отказаться от выращивания кофе. В Эфиопии проблема стоит особенно жестко. \n\nФильм следует за Тадессом Мескелой, Генеральным директором совместного союза, который представляет приблизительно 70 000 борющихся эфиопских фермеров. Фильм ведет нас к товарным биржам кофе в Нью-Йорке и Лондоне, где устанавливаются ежедневные цены, иллюстрирует, как требование клиентов на кофе росло в прошлое десятилетие.

Документальный фильм рассказывает о многих аспектах применения и культивации хемпа (конопли). Это и волокно, более прочное и экономичное, чем древесина, и пищевые продукты, и экологичное горючее, и фармацевтические препараты с менее опасными побочными эффектами, чем у химических фармпрепаратов.\n\nОднако Америка, страна производившая огромные количества ненаркотического индустриального хемпа, пришла к полному запрету на его производство в 1938 году. Эта история особенно интересна тем, что мощные отрасли нефтяной промышленности сыграли ключевую роль в упомянутом запрете. Есть о чем задуматься! Ведь в будущем хемп может стать разумной альтернативой как нефти, так и дереву.

Корень всех зол Америки в ее зависимости от нефти. Финансовые кризисы, растущий национальный долг, безработица и проблемы экологии – вот что получают США за то, что предпочитают утонуть в нефти, и не обращают внимания на новые источники энергии. Джошуа Тикелл – проповедник использования биотоплива и альтернативной энергетики – собирал материал для этого фильма одиннадцать лет. \n\n«Горючее» состоит из его размышлений, разговоров с экологами-активистами и знаменитостями (в кадре появляются, например, Шерил Кроу, Вуди Харрельсон и Джулия Робертс), и видеодневников Тиккела – прежде всего хроник его путешествия на автофургоне, заправленном растительным маслом.

Кто и как принимает решения в агропищевой индустрии Европы? И что важнее в этом бизнесе — власть, деньги или здоровье? Что и как выращивать, какие пестициды и добавки использовать, как не потерять деньги и сдаться ли напору ГМО. Все эти решения в Европейском Союзе поделены между агропищевой индустрией, учеными и институциями. Вот только что руководит каждым из них? Прямые интервью со всеми ключевыми игроками — политиками, корпоративными лоббистами, учеными и журналистами. Интриги, страхи, эмоции и политическое давление. У будущего нашей еды есть цена.

Авторы фильма хотят докопаться до сути, что именно делает Швейцарию Швейцарией. Ориентируясь на статистические особенности своей страны — самая плотная сеть железных дорог в Европе, самая высокая доля психиатров среди врачей, добросовестная утилизация отходов, чрезмерный трудоголизм швейцарцев и их неизменная готовность идти на всевозможные компромиссы — репортеры встречаются с наиболее типичными представителями нации. Во время опросов журналистам открываются неожиданные желания, сомнения, внутренние страхи и мечты своих героев.

Из Первой Мировой войны Соединенные Штаты вышли увенчанным лаврами мировым лидером. В 1919 году, когда Великобритания и европейские страны-союзники находились в состоянии финансового истощения, экономика США, напротив, процветала. Льготное кредитование и массовое производство в 1920-х привели к эпохе потребительства невиданного доселе размаха. Фондовый рынок поднялся, повалили инвесторы — занимая деньги в спешке нажиться на неожиданном экономическом взлете. В 1928 году за 12 месяцев рынок вырос на рекордные 50 процентов. А затем произошел обвал. За шесть страшных дней в октябре 1929 года, стоимость акций на Нью-йоркской фондовой бирже снизилась на одну треть. Было потеряно более чем 25 биллионов долларов индивидуального богатства. Затем лопнули три тысячи банков, и их вкладчики остались без сбережений. За обвалом на нью-йоркской фондовой бирже последовала всемирная депрессия, которая продолжалась до начала Второй Мировой войны. Вплоть до 1954 года стоимость акций оставалась ниже докризисного уровня. Программа рассказывает об экономической катастрофе, которая, мы надеялись, уже не повторится.

Создатели погружаются в тёмные воды мировой пищевой промышленности, посещая закрытые фермы, заводы и лаборатории. Каждый эпизод — опасное путешествие в мир конкретного продукта: от кровавых войн за авокадо до фальсификаций мёда и смертоносных аллергенов в арахисе. Зрителей ждут неожиданные повороты: расследования коррупции, подделок и экологических катастроф, о которых молчат корпорации. В фокусе — реальные герои: фермеры, борцы с фальсификациями и учёные, чьи открытия меняют взгляд на тарелки потребителей. Документалисты визуализируют сложные цепочки поставок через динамичную графику и скрытые камеры, доказывая: то, что вы едите, давно превратилось в поле битвы за деньги и власть.

Легендарный документалист решает стать частью системы, которую когда-то критиковал: он создаёт сеть быстрого питания с «этичным» куриным сэндвичем. Зритель увидит, как выращивают бройлеров-мутантов (готовых к забою за 6 недель!), как «свободный выгул» превращается в крошечный двор, а слова «органический» и «хрустящий» маскируют горькую правду. Съёмки на секретных фермах, переговоры с лоббистами «Большой Пятерки» производителей курятины и шокирующие манипуляции с меню — всё это ведёт к грандиозному публичному эксперименту. Фильм развенчивает мифы о «сознательном потреблении» и заставляет задуматься: готовы ли мы видеть правду за аппетитной упаковкой?

Когда люди XXI века хотят утолить голод, им необходимо вооружиться тележкой и проявить завидную целеустремленность. Выбор продуктов в супермаркетах колоссален — в среднем 8'000 наименований товаров. В Китае, США или Европе супермаркеты предлагают стандартные продукты, которые приходятся по вкусу всему миру. И все они были приготовлены отнюдь не кустарным способом.\n\nЭто продукция столпов агропромышленного комплекса. Они соперничают друг с другом в изобретательности, выпускают неотразимые продукты. Они поставляют на рынок 80% продуктов питания. И все мы покупаем их. Они кормят нас слишком соленой, жирной и сладкой пищей. Но мы обожаем ее. Почему? В чем секрет подобного успеха?

Население планеты постоянно растет и к середине XXI века достигнет 10 миллиардов. Сможет ли оно прокормиться, используя привычные способы производства пищи? В разных концах Земли на этот вопрос отвечают специалисты по генной инженерии, владельцы птицефабрик, ученые и фермеры. Эра низкотехнологичного сельского хозяйства должна подойти к концу. Модифицированный лосось, выращенный на канадской ферме, качеством не отличается от обыкновенного, но зато в два раза крупнее. Концентрированный корм позволяет коровам давать больше молока. \n\nЭффективность автоматизированной, похожей на космическую станцию фабрики растений в Японии — в сто раз больше, чем в полях. Профессор университета Маастрихта (Нидерланды) с удовольствием поглощает кусок гамбургера, котлета которого состоит из изготовленного в пробирке мяса. Если через двадцать лет на полке супермаркета перед нами будут лежать два абсолютно идентичных продукта: один и тот же вкус, один и тот же состав, одни и те же ощущения. Один выращен в лаборатории, а другой — на ферме. Что мы выберем? О том, что мы будем есть завтра, пора задуматься уже сейчас.