10 фильмов и сериалов, похожих на Грубые подмостки

Амиран Муцоев с детства мечтал о мире развлечений. Его путь к созданию «Острова Мечты», крупнейшего крытого парка в мире, был полон трудностей и побед. Бизнесмен рассказывает Регине Тодоренко о закулисье индустрии, где каждая деталь имеет значение, откровенно делится своей личной историей и раскрывает секреты, которые делают «Остров Мечты» нечто большим, чем просто парк развлечений.

Режиссер рисует картину жизни в Керале, на юге Индии, показывая рабочий день ростовщика, который обходит местных жителей, раздает деньги и собирает долги. Также зритель увидит, как индусы посещают занятия у разнообразных учителей, тяжелые физические и экономические условия, в которых живут и трудятся индусы, и неимоверную жизненную силу, выражаемую в работе, борьбе, танцах, театре и пении.

Путешествуя по континентам и странам, режиссер Рэйчел Леа Джонс рассказывает о своем отце — музыканте Давиде Серва, О том, как обыкновенный американский мальчишка из штата Алабама добился невероятного успеха в музыкальной сфере и стал одним из самых известных гитаристов фламенко. Из личной истории складывается образ целого поколения и музыкальной субкультуры.

Молодое поколение, пойманное в ловушку на территории Газа между Израилем и Египтом, управляемой Хамасом, проводит время на местных пляжах. Ребятам надоели оккупация, война и религиозный фанатизм. Они нашли свой способ протеста: сёрфинг. Фильм показывает мечты и надежды молодёжи пограничного региона, в котором старшие уже потеряли всякую веру в будущее.

Джованни Капальбо — актер, который раньше руководил одним из самых знаменитых ночных клубов Рима. Спустя много лет он путешествует по клубам, чтобы понять, как изменилась ночная жизнь Европы за последние годы. Его путь начинается в остромодном и раскрепощенном Берлине, где доходы от соответствующих заведений идут даже в городской бюджет. Джованни предстоит снова погрузиться в такую яркую и неоднозначную ночную жизнь, чтобы рассказать о ней зрителям изнутри.

Арслан снимает документальный фильм о родине своего отца, Турции, с двусмысленным названием «Издалека». Двигаясь в своём кинопутешествии строго на Восток из Стамбула и Анкары до курдских и армянских поселений, Арслан не стремится поэтизировать турецкую действительность. Череда обязательных для любителей экзотики сцен деревенского детского праздника, коллективного пения национального гимна во дворе школы, предматчевого волнения болельщиков «Бешикташа» или суеты мальчика-кондуктора в сельском автобусе предваряется скупым комментарием, чрезвычайно общим и обезличивающе официальным. Арслан сохраняет дистанцию по отношению к формируемому образу Турции, случайный взгляд чужака, выхватывающий отдельные эпизоды.

Широкий резонанс, который в начале 1970 года имела интерпретация «Медеи» с буржуазной иконой Марией Каллас в роли мятежной дикарки, стимулирует Пазолини на новые поиски. Он мечтает поставить «Орестею» Эсхила в Восточной Африке, используя экзотическую натуру и самые широкие слои местного населения, чтобы продолжить осмысление классического сюжета. В 1940-е годы его экзистенциальную трактовку предложил Жан-Поль Сартр. Теперь на очереди модный в 1960-е годы марксизм с изрядной примесью фрейдизма.\n\nГорода и деревни Восточной Африки. Убогий быт, примитивный труд, повсюду — огромные толпы людей. За свидетельствующей камерой без устали звучит комментарий режиссера. Он мечтает найти Ореста и Электру в новом, только что освободившемся мире, который еще не знает, куда ему двигаться. Аллегория африканского возрождения так и не была поставлена, что только усиливает меланхолическую недоговоренность этих подготовительных съемок.

Джафар Панахи был осужден «за деятельность, направленную на подрыв национальной безопасности, и пропаганду против режима» после того, как начал снимать фильм о волнениях, последовавших за переизбранием Махмуда Ахмадинеджада в июне 2009. Вынесенный приговор был суров: 6 лет тюремного заключения и лишение на 20 лет права снимать фильмы, путешествовать или давать интервью. В этой картине показан один день из многих в ожидании результатов апелляции на решение суда. Чтобы формально обойти запрет снимать кино, режиссер творит в предлагаемых обстоятельствах, сидя у себя дома. Он читает перед камерой неосуществленный, отклоненный властями сценарий будущего фильма, доказав простую истину: если ты режиссер, если руки твои не связаны, ты найдешь способ снимать…

Обосновавшийся во Франции кинорежиссёр приезжает на каникулы в Камерун, в родные места своего детства. Путешествие из крупного города Яунде до родной деревни Банджун – знакомство с небольшой частью страны и возможность поразмышлять о пути развития Камеруна, о поисках того образа современности, который неотступно преследует всё камерунское общество.

Преследуемый мыслями о самоубийстве брата режиссер и его семья идут по Великобритании в эмоционально трудном путешествии к исцелению.

Когда к власти пришло новый консервативное правительство, четыре режиссера отправились в путешествие Австрией, чтобы исследовать политическую и социальную ситуацию. Они искали микрокосм, а нашли людей, для которых личное и политическое смешалось. Ульрих Зайдль исследует бытовой расизм в формах абсурдную ксенофобию.

В течение 20 лет режиссер провел в американской религиозной общине Buddhafield, занимавшейся поиском «духовного пробуждения» на Земле, работая их официальным документалистом. Уйдя из «секты», он решил обобщить собранные данные, представив миру правду о внутренней кухне общины.

Через откровенные монологи женщин, оставивших след в его жизни, раскрывается портрет гения-провокатора. Кадры военного детства в оккупированном Париже, первые аккорды в дымных кабаре, скандальные дуэты с легендами — всё это сплетается в историю человека, чья невзрачность стала оружием обольщения. Фильм исследует алхимию его харизмы: как еврейский мальчик, прятавшийся от нацистов, бросил вызов условностям, превращая романы в шедевры шансона. Но за бликами славы скрывается тень — одержимость, алкоголь, вечный поиск музыки в хаосе чувств. «Любовь — это единственное, чему я не изменял», — звучит его фраза, пока камера ловит дрожь в голосе Джейн Биркин.

Молодая берлинская труппа берётся за оперу, посвящённую Холокосту — теме, к которой они не испытывают особенной эмпатии. Чтобы лучше изучить материал, они впервые в жизни отправляются в Терезиенштадт. В поездке их сопровождает Грета Клинсберг, харизматичная пожилая израильтянка, в своё время выжившая в концентрационном лагере.

Режиссер Марк Шмидт снимает фильм о своем друге детства Мэтью, который страдает аутизмом и из-за этого отчаянно пытается создать свой порядок вещей в окружающем его хаосе. Шмидт следует за ним неотступно. Взрывоопасное противостояние с внешним миром сменяются наблюдением и личными откровениями. Мало-помалу фильм объясняет сложный образ мышления Мэтью и показывает, к каким катастрофическим последствиям он приводит в конце концов.

В разгар сексуальной революции скромный торговец мясом Ларри Левинсон открывает в консервативном районе Манхэттена Plato's Retreat — первый публичный клуб для свингеров. В отличие от элитного Studio 54, сюда стекаются обычные американцы: водители автобусов, секретарши, домохозяйки. Под чарующие ритмы диско они танцуют без стеснения, плавают в джакузи и меняются партнёрами, превращая подвал престижного здания в эпицентр вседозволенности. Архивные кадры и откровенные интервью завсегдатаев показывают, как утопия свободной любви столкнулась с антисанитарией, налогами и надвигающейся эпидемией СПИДа. Режиссёры балансируют между восхищением дерзким социальным экспериментом и трезвым взглядом на его тёмные последствия, не раскрывая финального удара судьбы.

Фильм об опере Сан-Франциско. В нем отображаются жизни различных участников хора, а не знаменитых звезд.

Режиссёр Том Шэдьяк обратился к признанным интеллектуальным и духовным лидерам, чтобы обсудить, что не так с нашим миром и как мы можем сделать его лучше.

Режиссер Тамра Дэвис не только воздает должное своему другу в этом документальном фильме, но также представляет его как иконоборца. Его неоэкспрессионистская живопись появилась в то время когда в моде были минимализм и концептуальное искусство. Как успешный черный художник, он постоянно сталкивался с расизмом и провокациями. Многое можно почерпнуть из архивных материалов и интервью, в том числе с самим Баскья.

Взрывной документальный взгляд на молодых мусульман в Европе, разрывающихся между традиционными заветами «чести и девственности» и свободой западного общества. Режиссёр с либеральным воспитанием исследует, как патриархальные устои давят не только на девушек, но и на юношей. 87 минут откровенных интервью и культурного напряжения .

Фильм рассказывает о свободолюбивом иранском музыканте, который вынужден скрываться, после того, как радикальные клерикалы призвали его убить. Во время скоропалительного побега он умудряется влюбиться. И не в кого-нибудь, а во внучку первого премьер-министра Ирана, поставленного на этот пост лично лидером исламской революции 1979 года аятоллой Хомейни. Отношения влюблённых всё больше напоминают историю Ромео и Джульетты, а каждый выход на сцену теперь сопряжён для музыканта с риском для жизни. Помимо прочего, его мучает дилемма: возможно ли такому отступнику, как он, соединить судьбу с женщиной из глубоко верующей семьи.

В разгар подготовки к роли Нельсона Манделы Идрис Эльба отправляется в Южную Африку, чтобы записать альбом, вдохновлённый культурой страны. Но внезапная смерть отца переворачивает всё: проект становится глубоко личным путешествием сквозь горе и наследие двух великих мужчин, заставив его искать гармонию между искусством, семьёй и историей.

Главный герой картины Майкл Найт в семнадцатилетнем возрасте оставляет материнский дом в Рочестере и отправляется в Пакистан, чтобы изучать ислам. Во многом сделать подобный выбор юнца спровоцировал его отец-шизофреник. Позже Майкл подписывает манифест панков-мусульман Таквакор. Его жизнь превращается в бесконечную череду скитаний по США и Пакистану в поисках романтики и лучшей жизни.

Израильский актёр и певец Менахем Лэнг впервые с двадцатилетнего возраста возвращается в родной район Бней Брак на востоке Тель-Авива, где проживают ультраортодоксы и где он с четырёх лет подвергался сексуальному насилию со стороны старших мужчин. Словоохотливый и беспокойный Лэнг ищет правды и возмездия, он хочет предать гласности свою историю и истории множества других жертв, в числе которых оказывается и его младший брат.

Пол Тейлор совершил настоящий переворот в мире танца. В течение 40 лет своей работы он изобретал новые формы, искал новые движения. На сцене он творил чудеса. Но за кулисами, в гримерках танцоров окружал совсем другой мир, лишенный блеска и оваций.

История Леона Витали, многообещающего актёра, который отказался от славы, чтобы десятилетиями служить правой рукой Стэнли Кубрика и помогать ему в создании шедевров.

Чтобы справиться с призраками собственного прошлого, палестинский режиссёр Раед Андони собрал группу бывших заключённых израильского центра заключения «Аль-Москобиа», где он сам побывал в 18 лет. День за днём кузнец, архитектор, ассистент режиссёра строят декорации и разыгрывают свои воспоминания о том, как им удавалось выжить благодаря упорству и чувству юмора. По мере того, как растут стены камер, языки развязываются, а эмоции обостряются.

Музыкальное путешествие по Америке на Роллс-Ройсе 1963 года, принадлежащем Элвису Пресли. Режиссёр рисует портрет американской мечты в критический для страны момент. С помощью музыки он исследует, как деревенский мальчик потерял себя, но стал Королём, в то время как его страна утратила демократию и стала Империей.

Авторы пытаются разгадать тайну личности самого неоднозначного политика израильской современности. С годами менялся он сам, менялся мир, менялся Израиль, но одно оставалось неизменным: магия слов Биньямина Нетаниягу, наделенного от природы выигрышным хрипловатым баритоном, о котором может мечтать каждый политик.

18 лет назад Саару, молодому еврею из религиозной семьи, пришлось покинуть родной кибуц из-за своей сексуальной ориентации.\n\nОн переехал в Лондон, где смог наконец-то жить своей жизнью. Его семье пришлось столкнуться с ещё одним испытанием, когда стало известно о положительном ВИЧ-статусе Саара. Теперь молодой мужчина нуждается в любви и принятии со стороны близких, а они, в свою очередь, борются со своими собственными страхами и предрассудками.\n\nВ разговорах с родными Саар пытается перешагнуть через разделяющие их противоречия и найти путь к примирению. Он стремится снова стать частью общины, в то же время оставаясь самим собой. \n\nСаар и остальные участники Лондонского гей-хора записали для этого фильма замечательный саундтрек. Перед нами история о прощении и о том, какую силу, вопреки расстояниям, имеет родной дом.

В темных залах Гарлема рождается революция самовыражения. Участники балов — художники аутсайдеры, превращающие жизнь в перформанс роскоши. Они шьют костюмы из мечты, соревнуясь в категориях «executive realness» или «voguing», где каждый жест — вызов обществу. Драматичная хроника фокусируется на Домах как альтернативных семьях: мать Дома Ксатраваганца, Анжи, строит империю стиля, а юная Венера мечтает о белом свадебном платье. Камера ловит блики страз на потускневших паркетах и закаты над пирсом, где герои говорят о будущем. Но жизнь за пределами танцпола грозит жестокими испытаниями, делая каждый триумф хрупким. Культовые образы Пеппер Лабейджи и Уилли Ниньи стали иконами визуальной культуры.

Фрэнк Синатра был звездой шоу-бизнеса, имел тесные связи с политической верхушкой страны и главарями мафии. Интервью с членами семьи и друзьями певца, включая его знаменитых современников, характеризуют Синатру как человека бесконечных противоречий. Будучи убежденным демократом в 1940-х он неожиданно для всех стал подпольным коммунистом, а позднее членом Республиканской партии. Этот человек, голос которого покорил миллионы сердец, на протяжении всей жизни был связан с мафией, что, в конце концов, привело к деструктивным результатам. Он был первым певцом, который построил собственный бизнес, стал кумиром своего поколения, и просто жил так, как ему того хотелось…

Фильм запечатлел процесс репетиций звезды современной хореографии Охада Нахарина с нью-йоркской труппой Cedar Lake Contemporary Ballet. Лучшие мировые танцоры стремятся воплотить художественное видение Нахарина, и для этого им придется забыть всё, что они знают.

Впервые иностранная съемочная группа получила беспрецедентный доступ на спектакли, репетиции и рабочие собрания труппы Большого театра. Фильм показывает кухню Большого: разногласия между танцорами и руководством, интриги, борьбу за роли и невероятные физические нагрузки.

В эпицентре религиозного и политического противостояния Иерусалима неожиданно возникает хрупкий оазис единства. Герои этой документальной истории — от первого открытого гея в городском совете до активиста, пережившего ножевое ранение, — бросают вызов вековой вражде. Каждый их шаг грозит взорвать хрупкий мир, а отмена гей-прайда из-за угроз становится лишь началом непредсказуемых событий. Фильм снят с риском для жизни во время реальных столкновений .

Автобиографический фильм рассказывает историю любви израильского режиссера-документалиста Томера Хейманна. Томер едет со своим фильмом на Берлинский кинофестиваль. Там в одном из баров он встречает немецкого танцора Андреаса Мерка. Любовная интрига перерастает в роман жизни, и Андреас решается переехать в Тель-Авив, где сталкивается не только с необходимостью строить свои отношения с новым партнером и его матерью, но и, будучи гражданином Германии, привыкать к самобытности чужой страны.

Поселенцы в поп-ап студии в местном кафе на Западном берегу реки Иордан говорят о том, что такое жизнь на оккупированных территориях. Для работы над фильмом автор, разделяющая левые убеждения, приезжает на Западный берег реки Иордан, оккупированный Израилем во время Шестидневной войны в июне 1967 года. Делая свою политическую позицию частью происходящего, она обустраивает небольшую киностудию прямо в местном кафе. На протяжении месяца Заки ежедневно приглашает всех желающих рассказать свою историю, и вместе проанализировать решение обосноваться на спорных территориях.

Захватывающая и трогательная история семьи Фараг, эмигрировавшей в Израиль из Ирака в 50-х годах, чтобы создать процветающий бизнес. Семейные и свадебные фото студии «Фото Фараг» стали модной традицией, важной частью жизни жителей Израиля. Уникальные архивные кадры позволяют проследить историю десяти братьев и сестер, ставших успешными предпринимателями, от лагерей беженцев до нынешних роскошных апартаментов. Режиссер возвращается в прошлое, чтобы изменить настоящее, преодолеть болезненную разобщенность родных.