10 фильмов и сериалов, похожих на Одесса, Одесса

Мать режиссера, Рудайна, родом из Малого треугольника, вышла замуж за араба-бедуина с юга против воли семьи. Они уезжают из её родного города: даже по улице одной ей пройти нельзя. Новая семья вместе с детьми оказывается в городе Омер, где арабские дети учатся в еврейских школах. Фильм рассказывает историю матери, которая, как быстро выясняется, и история семьи, и — в миниатюре — история всей страны.

Герои фильма — дети, родившиеся в Косово. Раньше стиральная машина в их доме — это было что-то сравнимое с Rolls Royce. Теперь, уже 6 лет спустя, они иммигрировали в Германию: они учатся в местных школах, хорошо говорят по-немецки и уже имеют планы на звание немецких футбольных звезд.

Киноэссе о бывшей Восточной Пруссии, ныне Калиниградской области Российской Федерации. Много лет назад Фолькер Кепп отправился в Восточную Пруссию, чтобы снять ландшафты, описанные его любимым поэтом Йоханнесом Бобровски. Но дошел он только до Литвы: район вокруг Калининграда был недоступен иностранцу. \n\nТеперь же, после падения «железного занавеса», Фолькер Кёпп со своей командой собрался и в ту часть Восточной Пруссии, которая 700 лет была немецкой, а после окончания Второй Мировой Войны перешла к СССР. Кинематографисты встретили в этом районе евреев из Польши, немцев из Сибири, немцев, которые по каким-то причинам смогли остаться там после войны или приехали в гости на свою бывшую родину. В этом фильме — истории людей, в душах которых война до сих пор не окончена.

Тысячи жителей мегаполисов покидают душные города и уезжают в провинцию — на природу, на землю, в тишину. Кажется, что начался настоящий Исход.\n\nДавид, Ольга и их маленький сын Янай — обычная еврейская семьи, москвичи. Городок Кологрив, затерянный в глухом углу Костромской области, для них как другая планета. С надеждой найти здесь решение своих проблем, ступают они на эту чужую территорию. Ищут дом, знакомятся с другими “эмигрантами”. Что это за люди, с чего они начинали и к чему пришли? Это сила, способная остановить вымирание российской провинции или бегущие беженцы? Бегущие от чего? От ужасов цивилизации? От самих себя?

Фильм показывает Формана не только как боготворимого ныне создателя всемирно признанных шедевров «Полет над гнездом кукушки» (One Flew Over the Cuckoo's Nest), «Амадей», «Вальмонт» и других, но и как отца, стремящегося к духовному воссоединению с некогда потерянными сыновьями-близнецами, Петром и Матеем, также известными в Чехии — у них, кстати, в Праге свой авангардный «Театр братьев Форман». Кадры запечатлели и мгновения, когда Форман приезжает из Америки в Чехию уже с младшими сыновьями – и во втором браке у него родились двойняшки, и знакомит их с тем, что дорого его сердцу.

Вена, 1894 год. Неудавшийся драматург становится свидетелем вопиющей несправедливости — дела Дрейфуса. Это переворачивает его мир, зажигая безумную идею: создать государство для евреев. 10 лет борьбы, интриг и пророческих решений, приведших к Базельскому конгрессу 1897 года. Уникальные кадры Иерусалима 1973 года врезаются в историческую ткань, как напоминание: мечты сбываются. Харизма Пинкаса Брауна завораживает.

На фоне умирающей русской деревни с её нищетой и пьянством-алкоголиком разворачивается пронзительная человеческая драма. Две старухи-сестры: Прасковья всю жизнь безропотно служит Марии, чей рост остановился в детстве. Их хрупкий мир потрясает беременность единственной молодой жительницы — местные верят, что дитя зачато от ангела. Без пафоса и оценок камера фиксирует быт, полный суеверий, жертвенной любви и иррациональной надежды. Работа Виталия Манского — лауреат фестивалей в Лейпциге (приз жюри) и Сан-Франциско («Золотой шпиль»).

Камера погружается в замкнутые миры старообрядческих общин — от кубанских хуторов до приморской тайги. Через неизвестные архивные материалы 90-х и откровенные монологи потомков беглецов раскрывается драма 400-летнего сопротивления: как липоване выращивали орхидеи для Японии, а некрасовцы сохраняли уклад в турецкой эмиграции. Режиссер фиксирует неожиданные повороты — от столкновений с японскими оккупантами до советских репрессий, акцентируя визуальные контрасты древних обрядов на фоне заброшенных деревень. Главная интрига: уцелеет ли «старообрядческая Атлантида» в XXI веке?

Захватывающая и трогательная история семьи Фараг, эмигрировавшей в Израиль из Ирака в 50-х годах, чтобы создать процветающий бизнес. Семейные и свадебные фото студии «Фото Фараг» стали модной традицией, важной частью жизни жителей Израиля. Уникальные архивные кадры позволяют проследить историю десяти братьев и сестер, ставших успешными предпринимателями, от лагерей беженцев до нынешних роскошных апартаментов. Режиссер возвращается в прошлое, чтобы изменить настоящее, преодолеть болезненную разобщенность родных.

Название «Кастро» получил занятый бездомными людьми дом в Риме, убежище для отверженных, дом для многих – и в то же время ничей. На протяжении десяти с лишним лет он был единственной надеждой в жизни множества семей. Еще вчера с его наличием мирились, но сегодня его уже нет. Съемки, длившиеся больше года, открывают нам повседневную жизнь общины, живущей в совершенно необычных условиях. Кастро, некое подобие Вавилонской башни, рассказывает о себе сам – языком с тысячью акцентов, но с одним и тем же повествованием: о попранных правах и несбывшихся надеждах.

На фоне панорамы Вены и прекрасного Дуная предстает жизнь аутсайдеров приличного общества – молодых болгарских цыган. Эти парни переехали в столицу Австрии в поисках приключений, свободы и легких денег, но нищета толкнула их на торговлю телом. Застрявшие в этом темном мире, они проводят ночи, обслуживая клиентов — зачастую одиноких мужчин, живущих в социальном жилье. Однако несмотря ни на что парни чувствуют себя молодыми, азартными и свободными — может быть, первый раз в жизни.

Шесть выдающихся армянских музыкантов, шесть музыкальных стилей, шесть личных историй на фоне одной из самых значимых музыкальных столиц бывшего Советского Союза, Еревана. После коллапса СССР, пережив войны, время «темноты» и практически полную изоляцию, в новом тысячелетии город ищет свое место в мире, свое предназначение, свою идентичность. Лауреат премии «Грэмми» и World Music Award, создатель легендарной группы «Armenian Navy Band» Арто Тунчбоджян, «голос и дух» дудука Дживан Гаспарян, и другие замечательные участники фильма, они – «гении места» Еревана. Они говорят и поют о своем любимом городе, являя его красоту и скрытую боль.

Автобиографический фильм рассказывает историю любви израильского режиссера-документалиста Томера Хейманна. Томер едет со своим фильмом на Берлинский кинофестиваль. Там в одном из баров он встречает немецкого танцора Андреаса Мерка. Любовная интрига перерастает в роман жизни, и Андреас решается переехать в Тель-Авив, где сталкивается не только с необходимостью строить свои отношения с новым партнером и его матерью, но и, будучи гражданином Германии, привыкать к самобытности чужой страны.

Третье поколение новоорлеанских евреев отправляется в эпическое 4200-мильное путешествие на винтажном Cadillac по американскому Югу. Сквозь дельтовые равнины, техасские ранчо и заброшенные местечки он открывает удивительный пласт истории: многовековое присутствие евреев, их интеграцию в самобытную культуру Юга и уникальный синтез идентичностей, где ковбойские шляпы соседствуют с менорой.

В центре внимания окажутся 32 мультимиллионера – и 32 истории о том, как заработать миллион, как потратить его или как превратить миллион в миллиард. Среди них оказались наши соотечественники российский политик Александр Лебедев и украинский бизнесмен Эдуард Шифрин.\n\nDiscovery Channel проведет подробные экскурсии в жизнь гениальных бизнесменов. Некоторые из них начинали карьеру с самых странных занятий: продавали календарики, ботинки, рубашки.\n\nТеперь же они строят элитные отели, яхт-клубы, владеют контрольными пакетами акций компаний-гигантов, продают частные острова или создают мыльные оперы, за просмотром которых рыдает полмира. В свободное от работы время – коллекционируют кабриолеты или шедевры мастеров искусства, путешествуют вокруг света и просто ведут образ жизни а-ля Playboy.\n\nОднако героев сериала объединяет не многомиллионное состояние, а экстраординарность. Владея $40 млн., можно быть индуистским монахом и ограничивать свои расходы $200 в месяц. А можно тратить львиную долю своего миллионного месячного дохода на фитнес и инъекции гормона роста, чтобы прожить 140 лет, оставаясь вечно молодым. Многие герои сериала Discovery Channel не забывают и о том, что деньги позволяют оказывать помощь людям: миллионы из своего состояния они отдают на финансирование благотворительных фондов.

На старых географических картах название «Сарматия» обозначает область восточнее Вислы, простирающаяся от Балтийского до Черного моря. В настоящее время на этой территории находятся Калининградская область (Россия), Литва, Белоруссия, Польша, Молдавия и Украина. Кепп встречается с жителями этих мест, среди которых старики, чья жизнь началась еще до начала драматичного XX века.\n\nВ новом фильме режиссер снова в пути. На этот раз наряду с воспоминаниями привязку к настоящему создают молодые люди. Они рассказывают о себе и о жизни в своей стране. В этих рассказах постоянно возникает вопрос: остаться или уехать?

Вырванные гражданской войной из Судана, трое юношей — Джон, Пантеро и Дэниел — десятилетие живут в кенийском лагере беженцев. Неожиданный шанс везёт их в сюрреалистичный мир супермаркетов, лифтов и непонятных чипсов. Каждый шаг в Америке становится испытанием: от пользования плитой до социального холода. Они работают ночами, отправляя деньги на родину, но тоска по африканским закатам и близким разъедает душу. Фильм исследует не только бытовые парадоксы адаптации, но и экзистенциальную пропасть между выживанием и чувством дома, где воссоединение с матерью спустя 17 лет лишь обнажает невозвратность потерь.

Фильм представляет взгляд на антисемитизм, который существует и в исторических еврейских кварталах Европы, и на улицах Шарлотсвилля и Питтсбурга, где была устроена резня в синагоге «Древо Жизни». В картине реальные истории нынешних жертв насилия чередуются с биографиями выживших в Холокосте.

Герои фильма — обитатели дома престарелых в Стамбуле: пожилая армянка, помнящая о геноциде 1917 года, слепой фотограф, продолжающий снимать и возиться с камерой, артист и ловелас, цитирующий «Лолиту». Они изолированы в собственном теле, в своём прошлом, в маленьких коробочках своих комнат. Их истории — законсервированная жизнь, от которой доносится только слабое свечение. Но есть нечто большее, чего они уже не смогут передать, но продолжают чувствовать.

После телевизионного скандала, где две сестры-близняшки назвали Холокост «клеем для обоев», режиссёр Мумин Шакиров предлагает им неожиданный путь искупления — поездку в музей Аушвиц-Биркенау. Камера ловит их радостное ожидание «заграничного приключения», постепенно сменяющееся шоком и ужасом перед свидетельствами нацистских преступлений. Архивные кадры, личные вещи жертв и истории о бесчеловечных экспериментах над близнецами превращают абстрактное слово в личную драму. Слёзы на щеках девушек — лишь начало горького прозрения о цене исторической памяти. Фильм избегает назидательности, показывая, как трагедия прошлого обжигает тех, кто пытался её игнорировать.

Город Йоэля — это на самом деле деревня, хасидская община на севере от Нью-Йорка, которая оказалась настолько успешной в воплощении всех 613 мицв из Торы, что теперь им попросту не хватает места, чтобы всем жить — так стало много поселенцев. Фильм показывает всю подноготную борьбы хасидов за земли с местными активистами, которые считают, что такое расширение может повредить окружающей среде.

Фильм посвящен судьбам репатриантов из бывшего СССР, приехавших в Израиль в поисках нового дома, но на 20 лет «застрявших» в некогда престижном, фешенебельном иерусалимском отеле «Дипломат», ставшем центром абсорбции. Более 600 человек, из которых немалое число людей творческих, в том числе и музыкантов с мировым именем, по причинам вполне прозаическим оказались не у дел, стали пришельцами, живущими в замкнутой, уединенной от внешнего мира русскоязычной общине.

Благодаря бурной иммиграции, захлестнувшей в последние десятилетия Европу, в Германии сейчас проживает много тех, для кого немецкий язык является родным, но в чьих жилах течет не только немецкая кровь. Режиссер фильма Мо Асуманг, немка с африканскими корнями, исследует в своем фильме происхождение и причины национализма. Она отправляется в разные уголки планеты, чтобы лично пообщаться с людьми, которые представляют националистские партии в своих странах. Мо Асуманг идет на митинг немецких национал-демократов, встречается с живущим в США бывшим ку-клукс-клановцем, а ныне лидером американских националистов Томом Метцгером, с современными ку-клукс-клановцами. А главная цель поездок по Германии – понять, кто же он такой, пресловутый «истинный ариец»…

Главный герой фильма живет в бывшей столице бурлаков — городе Рыбинске. Его жизненные ценности можно описать фразой из песни The Beatles — «Nothing’s gonna change my world». Правила жизни «последнего хиппи СССР» и политические принципы его на фоне будней небольшого волжского города и праздников большой страны.

Режиссёр фильма Клод Ланзманн описывает свой опыт соприкосновения с еврейской культурой, а именно с Израилем, спустя 25 лет после его создания. Ланзманн — французский еврей, не знающий никакого языка, кроме французского, оказывается среди немецко-еврейских эмигрантов, интеллигенции, докеров, полицейских, заключённых и новоприбывших в страну.

Фильм рассказывает об истории американской семьи Перри, старообрядцев русского происхождения, которая оказалась в годы Второй Мировой войны в Санкт-Петербурге, в СССР.\n\nВ центре повествования – драматическая судьба единственной из оставшихся в живых членов этой семьи Дарьи-Дороти Пономарефф (Doroti Ponomareff). Все годы после войны Дарья-Дороти, эта самоотверженная, житейски мудрая женщина, жизнь которой оказалась так тесно связана с Россией, разыскивает следы своей семьи. Большое место в картине занимает жизнь старообрядческой общины г. Эри (США), к которой принадлежит Дарья-Дороти.

Действие фильма происходит на Донбассе в наши дни. Главный герой фильма словак Мира оставляет скучную жизнь эмигранта в Англии и отправляется в ЛНР. Свою миссию он видит в реставрации символов советской империи — памятников Ленину, шахтерам, рабочим… Актеры в фильме непрофессиональные, каждый герой «играет сам себя», транслирует свою историю, существуя в предлагаемых обстоятельствах.

Через века тесного соседства в штетлах — мир, где судьбы евреев и неевреев переплетались неразрывно. Малоизвестный факт: эта жизнь продолжалась даже в СССР после войны, пока в 1990-х всё местечко не «выехало» за океан. Фильм восстанавливает мозаику исчезнувшей реальности через воспоминания, архивные материалы и голоса тех, кто помнит последние дни этого мира. Каждая капсула времени — от довоенных улиц до советских квартир — раскрывает хрупкость человеческого наследия. Где теперь искать корни? Ответ — в кадрах, которые больше никогда не повторятся .

Фильм рассказывает о месте «Натурей Карта» — добровольном еврейском гетто, которое существует в самом центре Иерусалима. Здесь, полностью отрезанные от внешнего мира, живут несколько тысяч евреев, следующие своей особенной, фундаменталистской версии иудаизма. Запрещены телевидение и радио. Запрещены газеты, журналы, художественная литература, все формы кино и фотографии. Единственное средство коммуникации – пашкивили, печатные и рукописные плакаты, которые клеят на стены домов. Траурные объявления, политические призывы, постановления раввинов борются за место на уличных стенах. Впервые телевизионная камера проникла через глухую стену отказа «Натурей Карта» соприкасаться с внешним миром.

Сюжет фильма, посвященного судьбе идиша (языка европейской еврейской диаспоры) и его носителей, построен как на личных воспоминаниях и семейных документах Александра Городницкого, так и на многочисленных встречах с людьми в Белоруссии, США и Израиле.\n\n75-летний Александр Городницкий отправляется на родину своих предков в Могилёв, где жили его родители и где осенью 1941 года нацисты уничтожили всех его родственников, кто остался на оккупированной территории. Он посещает также другие города и сёла Белоруссии, где встречается с людьми и разыскивает то, что осталось от еврейской культуры на идише. В продолжение этих поисков он летит в Израиль и США.

На берегах реки Бира находится столица Еврейской автономной области – Биробиджан. Это один из последних городов, где остались еще вывески на идиш, и где его преподают в школах. Автор фильма Марек Хальтер ищет отголоски того мира, где он родился, пытается найти места, где еще живы еврейские традиции и язык, который принято считать умершим.

Четвертая глава уникального документального цикла запечатлела 18 героев на переломе взросления. Дети СССР, выросшие в эпоху потрясений, теперь 28-летние взрослые: кто-то бежит от войны в Аргентину, кто-то переживает личную трагедию в российской глубинке, а другой строит бизнес в Люксембурге. Через архивные кадры и исповеди перед камерой зритель видит, как детские мечты разбиваются о реальность — эмиграция не принесла счастья близнецам из Свердловска, а усыновленный американцами сирота Андрей все еще ищет душевный покой. Режиссер Сергей Мирошниченко мастерски соединяет личные драмы с историческим контекстом, создавая портрет потерянного поколения на фоне рухнувших идеалов.

Семь лет спустя после первого фильма герои, рождённые в СССР, встречаются с камерой в эпоху хаоса: 1995–1996 годы. Чеченская война, бандитские разборки и крушение старых идеалов становятся фоном для их взросления. Близнецы-евреи строят новую жизнь в Израиле у границы с бомбоубежищем под кроватью; ленинградские братья теряют отца из-за нищеты; одинокая девочка ищет спасения от одиночества. Режиссёр Сергей Мирошниченко показывает, как подростки сохраняют человечность, сталкиваясь с предательством, эмиграцией и смертью родителей. Визуальная хроника их лиц и разрушенных городов говорит громче слов.

Главная героиня фильма – Зинаида, которая жила в Украине, России и Беларуси, а после выхода на пенсию переехала в Крым. Однако после 2014 года Крым превратился в «отдаленную планету» вроде Марса, и вся семья, разбросанная по разным странам, начала собираться, чтобы посетить бабушку в день 80-летия.

Режиссёр Филипп Ремунда не раз отправлялся со своим оператором в Украину. Его семейные корни и тесная связь с местными людьми позволили ему заглянуть в их личную и семейную жизнь, а через это – в саму ситуацию в обществе, разделённом подчас полярными мнениями и политическими пристрастиями. История семьи, одна часть которой живёт в восточной части Украины, а другая – в Киеве, становится символической. Близкие родственники больше не в состоянии найти общий язык, обсуждая, что на самом деле происходит в их стране. Во время своих путешествий режиссёр оказывался за линией фронта и вёл хронику жизни населения на территориях, контролируемых сепаратистами. Усталость от затяжной войны видна со всех сторон, но вопрос о том, когда конфликт закончится, остаётся без ответа.

Героями нового документального цикла стали Жорж Сименон, Серж Гензбур, Имре Кальман и Роже Вадим. У каждого из них были русские корни, и все они ими гордились. В поисках неизвестных подробностей из жизни этих замечательных людей съемочная группа побывала в Париже, на острове Поркероль в Средиземном море, в Лозанне и Льеже, в Вене, Будапеште, Праге и даже в США.

Фильм рассказывает живые истории о пяти эмигрантах, которые нелегально живут в Европе. Закари – дезертировавший алжирский офицер, уже около 10 лет живущий в Германии. Чеченка Малика бежала вместе со своей семьей из России в Польшу. Принс ожидает в тюрьме депортации в Нигерию, Оумар из Гвинеи-Бессау прочно осел в Сеуте, Эдита из Эквадора пытается устроить свою жизнь в Париже...

Россия, история XX века взгляд из деревни… Сто лет одиночества, сто лет разрушения деревни. Но это не реквием по ней. Пока история еще не закончена. И мы верим, что русская деревня может воскреснуть. Без этого невозможно представить будущее нашей страны. Это еще и личная история. История нескольких поколений предков режиссера фильма, кубанских казаков из станицы Васюринской. В центре фильма — судьба прадеда режиссера, Герасима Примы и его большого семейства. Они должны были погибнуть в гражданскую войну, но выжили. Только успели подняться из послевоенной разрухи, их раскулачили и выслали на Северный Урал, где должны были умереть от голода. Но и тогда они выжили и даже вернулись на Кубань к своей земле. И вот теперь мы будто бы слышим их голоса.

Фильм рассказывает о жизни и судьбе пяти русских девушек, которые в девяностые годы после крушения Советского Союза по совету своих матерей иммигрировали в Германию в надежде на лучшую жизнь. Чтобы оплатить свою учебу, девушки были вынуждены нелегально работать, а в свободное от работы время мечтали о счастье на немецкой земле. 17 лет спустя настало время подвести итоги, и они неутешительны: борьба за самоопределение, прагматичные компромиссы, сложные отношения между матерями и дочерьми, сломанные надежды. Илона, не став известной пианисткой, преподает в Гамбургской средней школе, но тешит себя надеждами добиться большего, чтобы отдать должное завышеным требованиям ее матери. Одинокая Татьяна пытается спроецировать свои несбывшиеся цели на родную дочь. Aлеся борется с алкогольной зависимостью и пытается стать лучшей матерью, чем ее собственная. Катя живет в постоянном сравнении себя со своей мамой.

1975 год. Клод Ланцманн снимает в Риме фильм о Беньямине Мурмельштейне, последнем председателе Еврейского Совета гетто Терезиенштадт, единственном «еврейском старейшине», не погибшем на войне. После аннексии Австрии Германией в 1938 г. Мурмельштейн, бывший венский раввин, неделю за неделей, в течение семи лет ведет борьбу с Эйхманом. Ему удалось добиться разрешения на отъезд 121 000 евреев и избежать ликвидации гетто. В 2012 г. 87-летний Клод Ланцманн не прячет признаков разрушительного действия времени на людей и остается верен своей теме, вновь возвращаясь к римским беседам. Картина повествует о Терезиенштадте – городе, «подаренном Гитлером евреям», насквозь фальшивом «образцовом гетто», выбранном Адольфом Эйхманом для предъявления мировой общественности.