10 лучших фильмов про Хорватию

Молодой священник дон Фабиян прибывает служить на небольшой островок в Адриатическом море и разрабатывает хитроумный план по улучшению демографической ситуации на острове…

1993 год. На территории Югославии бушует Гражданская война. Часть труппы Белградского театра отправляется на гастроли в Боснию, где, по слухам, война, практически, закончилась… Но не всегда можно верить слухам…

В центре — дерзкая авантюра: организатору рискованного публичного события жизненно нужна охрана, но полиция отказывается помогать. Отчаявшись, он обращается к неожиданному союзнику — гомофобному бандиту и ветерану югославских конфликтов (Никола Койо). Тот, вопреки своим принципам, ради личных причин берется за дело. Вместе они отправляются по Балканам, собирая команду из заклятых врагов войны: хорвата, боснийца, косовара. Их задача кажется невозможной: обеспечить безопасность там, где царит ненависть. Фильм, отмеченный призом Берлинале, мастерски смешивает жесткую драму с едким юмором, используя контрастную визуальную эстетику — от брутальных урбанистических пейзажей до пронзительных документальных вставок. Это история о том, как самые непримиримые противники могут найти общий язык перед лицом безумия.

Какая великолепная ночь может быть под Новый Год, в средневековом городе, на Хорватском побережье, особенно, если подкрепить её наркотиками! Три истории, рассказанные нам создателями фильма о людях, дороги жизни которых очень тесно переплетены с дорогами смерти, когда до обретения Нового Счастья остаётся всего два часа!

1991 год. Лауреат Пулитцера, фотожурналист «Newsweek», бесследно исчезает в охваченной войной Хорватии. Официально он мертв, но его жена — бильд-редактор с опытом работы в горячих точках — отказывается верить в гибель мужа. Бросив детей и безопасный дом, она летит в ад Вуковара. Среди хаоса этнических чисток, под свист пуль и грохот снарядов, её ведет лишь интуиция и горстка коллег-авантюристов. Война здесь обнажает душу: одни теряют человечность, другие обретают невероятную стойкость. Анджелика Хьюстон назвала ленту «визуальной поэмой ада» за документальную съемку в руинах настоящих городов. Игра Энди МакДауэлл, Эдриана Броуди и Брендана Глисона создает нервный, дышащий нарывом триллер о любви, которая сильнее страха смерти.

Данко Бабич — амбициозный и аморальный гинеколог, работающий в известной хорватской клинике вспомогательной репродукции. Когда коллегу Бабича — Бантича, назначают директором клиники, Бабич начинает тайную кампанию по ниспровержению конкурента. Поглощенный интригами, он совершает целый ряд фатальных ошибок, которые приводят к смерти пациентки. Недобросовестный следователь и продажный офицер полиции покрывают эти ошибки, а Бабич тем временем стремительно подсаживается на алкоголь и наркотики. Он делает нелегальные аборты проституткам, которые работают на местного гангстера., а затем подделывает результаты теста, дискредитирующие ненавистного соперника, и занимает место Бантича на посту директора клиники. Теперь, когда он добился своего, герой стремится порвать связи с криминальным миром, но прежние «дружки» просят еще об одной услуге — аборте на последних месяцах беременности…

Главные герои — представители поколения тридцатилетних, чье детство прошло под звуки ковровых бомбардировок на раздираемых страстями Балканах. Война окончена, но разгребать ее последствия придется еще долго. Филип не был в Загребе три года, но в Хорватии за это время мало что изменилось. Безработные приятели с городских окраин по-прежнему тусуются в местной пивной, оголтело болеют за загребское «Динамо» и ненавидят сербов. Один, ярый националист, до полусмерти избивает свою подружку, другой давно и крепко сидит на героине. Филип пытается найти работу, но единственная работа, которую он может получить — доставка наркотиков из соседней Боснии.

Никола — человек, который знает, как действительно наслаждаться жизнью. Стареющий, но до сих пор харизматичный, он любит делить свою постель со многими женщинами. Должен ли он быть наказан за ложь своей супруге? Можно ли оправдать неверность, или она просто заслуживает предельного презрения, особенно когда заранее обдумана, а не спонтанна?